Текущее время: 24 июн 2018, 10:27

Часовой пояс: UTC + 3 часа


Добро пожаловать! Регистрация! Правила Форума!


Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
 Снежная симфония (гей рассказ, Погонщик) 
Автор Сообщение
Редактор Gay Life
Редактор Gay Life
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 06 июн 2016, 12:49
Сообщений: 1262
Сообщение Снежная симфония (гей рассказ, Погонщик)
Красавец неожиданно повернул голову в его сторону и посмотрел в глаза, лукаво улыбаясь. Сашка молчал, глядя прямо перед собой. Он чувствовал на себе взгляд этого красавца. Чувствовал и то, как он на него смотрит - оценивающе, и в тоже время приглашающе, призывно. Сашка чуть повернул голову в его сторону и искоса посмотрел на симпотную мордашку. Трамвай качнуло на повороте и парень всем телом прижался к Саньке, а рука его непроизвольно очутилась на Сашкиной коленке. Еще миг - и рука поползла выше, туда, где под брюками уже начинала подниматься возбужденная плоть. Он вздрогнул и неестественно выпрямился на жестком трамвайном сидении. Красавец уже вовсю орудовал у него в области ширинки, глядя своими бесстыжими, и оттого чертовски приятными светлыми глазами на Сашку. А тот лишь потуже втянул в себя живот и медленно сполз по сидению. Вот рука незнакомца пуговица за пуговицей расстегнула ширинку. Он уже смело орудует там, доставляя Саньке необъяснимое блаженство. Темп все убыстряется. Сашка шумно дышит. Трамвай вдруг неожиданно останавливается и отчаянно звонит. Этот лишний сейчас звук пугает незнакомца: он молнией одергивает руку и отодвигается от Сани. Сашка, досадуя на так внезапно прервавшееся наслаждение, напряженно всматривается в окно, пытаясь понять причину такого громкого звона. Но там ничего не видно. Становится неуютно, не по себе. Незнакомец куда-то пропал, наверное, вышел. А трамвай все сигналит и сигналит, не останавливаясь. Все громче и реальнее...

Будильник пронзительно тарахтел на тумбочке. Казалось, он даже подпрыгивает от негодования. Хозяин, хватит спать, службу проспишь! Сашка с трудом открывает глаза, медленно возвращаясь в окружающую его реальность. Реальность эта далека от сладкого сна. Небольшая комната с широким окном, в которое шаловливо заглядывает утреннее солнце и этот будильник, который, казалось, сейчас лопнет от переполнявшего его отчаянного звона. Чтобы до него дотянуться, надо вставать из теплой постели, хранящей в себе остатки такого приятного сновидения. Сашка медленно, с неохотой поднялся, и сделав несколько шагов, со злостью хлопнул по макушке вредного будильника. Тот немедленно заткнулся. Обрывки приятного сновидения еще были так свежи и будоражили сознание. Вздохнув, Сашка взял полотенце, и подойдя к двери, тихо, с опаской выглянул в коридор. Прислушался. Из-за двери душа не доносилось ни плеска, ни шума воды. "Я первый!", - торжествующе промелькнула в мозгу мысль. Саня быстро устремился в душ. Стоя под тугими прохладными струями воды, он размышлял о предстоящем дне. Но услужливое сознание настойчиво подсовывало обрывки так внезапно прервавшегося сна. Сашка хмурился, стараясь отогнать от себя эти мысли (в любой момент в дверь душа мог начать барабанить неугомонный Аникеев), но сделать это было не так-то просто - возбужденная плоть требовала немедленного удовлетворения. Сашка сдался. Включив воду потеплее, он, воровато прислушиваясь к шуму в коридоре, нежно, и в то же время, настойчиво, провел рукой по животу, опускаясь ниже...

Успел. Наспех вытершись, Саня сунул ноги в сланцы, и заранее напустив на себя озабоченный вид, быстро вышел из душа. Волновался он зря - Аникеев еще, наверное, дрых, а, может они с женой предавались утренним утехам на семейном ложе. Как бы то не было - Сашка никем не замеченный прошел в свою комнату. Но какое-то легкое беспокойство не отпускало его. Беспокойство, связанное со злополучным сном. Симпатичная мордашка красавца казалась смутно знакомой. Где-то он ее видел. "Где же? - размышлял Саня, неторопливо заправляя кровать. - Но только не у Юрки. И не в парке. Тогда где?" Внезапное озарение, как водится, молнией промелькнуло в мозгу. "Я же его вчера оформлял. Принимал его документы". Услужливое сознание тут же подсказало фамилию - лейтенант Баранов. Владимир. Только что из училища. А он и впрямь был симпатичным - ясные серо-зеленые глаза, ямочки на щеках, светло-русые волосы. Не лейтенантик, а доверчивое, наивное дитё. Причем, это дитё по малейшему поводу заливалось ярким румянцем. А Саня, стремившийся следовать советам Пожара, старался как можно меньше смотреть на него. Но все равно, принимая его предписание, рассматривая новый синенький диплом, он нет-нет, да поднимал свой взгляд на застенчивого паренька и тут же поспешно отворачивался в сторону, намеренно хмуря брови. Недаром говорил ему Пожар в свое время: "У тебя в твоих глазах вся твоя блядская сущность, как в открытой книге читается". Сашка и сам прекрасно знал это.... Но уж больно привлекательный лейтенантик попался. Но что Сашка мог? Только тайно повздыхать и отпустить Баранова восвояси. "А во сне-то моем вид у него был самый, что не на есть развратный, - ухмыльнулся Сашка заваривая кофе. - Может, правда говорят о вещих снах?". Он чертыхнулся про себя, пролив кофе на клеенку. "Ну хватит о нем! Нет, надо сегодня к Шурику, а то я так и с ума сойду. Неделя уже прошла как-никак. Интересно, Пожар со мной поедет? Что же он в этот раз жене наплетет?" Саня уже заканчивал немудреный холостяцкий завтрак. Пора было на службу - в штаб, к пыльным бумагам, скрипучим сейфам и давящей на уши тишине.

***

"Как хорошо, что не надо идти на эти построения, поверки, смотры", - размышлял Саня, шагая по городку. Хоть он и был человеком военным, более того, прапорщиком, в душе себя Сашка считал сугубо гражданским лицом и очень радовался своей такой непыльной службе. Начальник канцелярии штаба дивизиона! Смех, да и только. Должности-то такой не существовало. Ее Сашка придумал сам, для того, чтобы хвастаться гражданским приятелям. На самом деле, положение его было довольно неопределенным. По штату он числился старшиной во взводе обеспечения. Но этот взвод состоял из двух увальней солдат, да командира, вечно заспанного лейтенанта Марчука. И Сашкино присутствие было там совершенно лишним. К начштабу его устроил вездесущий Пожар, и Сашка там быстро прижился, в основном благодаря своему каллиграфическому почерку. Заведовал он всевозможными бумагами, до которых, как водится, у начштаба руки никогда не доходят. Имелись в его ведении все личные дела состава части. А благодаря свойскому характеру, он быстро стал своим человеком в штабе. И даже Георгий Георгиевич, начштаба - седой грузный подполковник, все чаще доверял ему вести многие такие дела, которые требовали его личного присутствия. Сашка был чрезвычайно горд этим обстоятельством, как и тем, что умел мастерски подделывать подпись Гоши-Гоши (так начштаба называли за глаза многие сослуживцы). Это немаловажная ситуация позволяла Гоше-Гоше находится в частых отлучках за пределами части. И Санька в это время чувствовал почти полновластным начальником. Командир дивизиона на это закрывал глаза - от начштаба в дивизионе зависело немногое, тем более и Георгий Георгиевич явно собирался в отставку через неполный год.

***

Открыв своим ключом дверь кабинета, Сашка первым делом распахнул окно, впуская внутрь потоки свежего воздуха. Потом основательно устроился за столом, положил на гладкую столешницу ладони с хорошо ухоженными пальцами и задумался. Неожиданно он улыбнулся и быстро поднявшись, подошел к массивному железному сейфу и немного покопавшись с замком, открыл его скрипящее нутро. Оттуда Сашка бережно извлек личное дело лейтенанта Баранова, которое он должен был окончить оформлять сегодня. Опять опустился за стол, и открыв первую страницу, мечтательно уставился на фото лейтенанта. Да. Парень и в самом деле был красив. И хоть было во всем его лице нечто утонченное, как бы женское - эдакая нежность и внутренняя одухотворенность, впечатление он производил настоящего военного - подтянутый, бравый, чуть озорно и лукаво улыбается с фотографии. Сашка, подперев щеку ладошкой, мечтательно уставился на фотку. "Нет, ну парень красив. Красив определенно. Эх, вот бы встретить его на улице, как бы невзначай. А там бы я его ни за что не упустил. А еще лучше - подружиться с ним. Здесь, в части. Но как это сделать...", - неспешный, мечтательный ход мыслей Сашки прервал неожиданно громкий стук сапог в коридоре штаба. Человек приближался к его двери, причем, быстрой энергичной походкой. "Пожар!", - привычно отметил Санька про себя и дело Баранова убирать не стал. "Пусть полюбуется на лапочку. В его вкусе, знаю!", - он облокотился на стол, навалившись грудью на личное дело. Дверь распахнулась. На пороге стоял массивный старший лейтенант в щегольски сидящей на нем форме и с прищуром разглядывал Саньку.

***

Это и был Роман Пожарский, а попросту - Пожар. Так его называли в части практически все, и за глаза, и в глаза. Пожар этим ничуть не тяготился, более того, ему это даже нравилось. Имя свое, данное ему при рождении он не любил. И если его называли Ромкой, а тем паче, Романом, недовольно хмурился. Собственно, звать так его стали не из-за фамилии, а из-за рассказанной им как-то истории из своего детства.

Было тогда Ромке лет шесть, рос он ребенком не по годам самостоятельным, и его частенько оставляли дома одного его родители, люди вечно занятые. А жил он в то время в двухэтажном доме. Старом, с резными наличниками, еще дореволюционной постройки. Дом этот даже ввиду своей ценности охранялся государством. Во всяком случае, его постоянно марафетили, и в ближайшее время собирались расселить оттуда всех жильцов (восемь семей), дабы устроить в доме какой-то там музей. Так вот. Нетрудно предположить, что дальше произошло. Уж что такое на Ромку нашло... Короче, дом сгорел за каких-то пятнадцать-двадцать минут, как факел. Самого Ромку, полуживого и насмерть испуганного вытащили из огня и дыма соседи в последнюю минуту.... А когда вернулась Ромкина мамка, и одновременно с ней подъехали доблестные пожарные, дома, как такового уже не существовало.... Вместе со всем имуществом восьми семей. Что было потом, история, устами Ромки, благополучно умалчивает. Но, во всяком случае, Ромка, будучи не только развитым ребенком, но и хитрым, в содеянном им упорно не сознавался. И, в конце концов, эту трагедию списали на ветхую проводку, а все семьи благополучно расселили. Собственно, в проигрыше осталось лишь только одно государство, так как охранять ему уже было нечего.

Вот после этой истории к Ромке и прилепилась кличка Пожар, что его совершенно, как я уже говорил, не тяготило. Служил Пожар в той же части, что и Санька в должности командира ТЭЧ. Но сопутствующей этой должности грязи и машинного масла никто никогда на Пожаре не видел. Он умудрялся счастливо избегать вверенной ему техники. Вернее, делал так, что раздолбанным железом занимался кто угодно, только не он. А сам Пожар всегда ходил по части одетый с иголочки, подтянутый, с насмешливо-ироничным выражением лица. Была у него жена, которая пела в каком-то краснознаменном хоре практически постоянно. И был сынишка-спиногрыз, живший в основном то у одной, то у другой бабушки. Вообщем, все как у всех. У всех, да не совсем. Была у Пожара тайная страсть. Это были молодые пацаны - не дети, конечно. Достигшие совершеннолетия, но еще и не мужики. Он их постоянно искал, находил и приводил к своему приятелю Юре, жившему в городе. Разумеется, об этой тайной страсти Пожара никто в части, да и не только - во всем гарнизоне - даже не смел догадываться. Еще бы! На солдат Пожар никогда не заглядывался, с коллегами держался ровно, даже несколько развязано, по-мужицки. Единственный, кто знал о Пожаре всю подноготную, был Санька.

***

-Ну что, Снежок, как делишки? - спросил Пожар, устраиваясь на подоконнике и закуривая.

-Ты еще спроси, как детишки, - улыбаясь, ответил ему Санька. - Дела хреново. К Шурику хочу.

-Так в чем же дело? Поди, сегодня еще и поедешь к нему?

-Ну да....В пять и рвану. На электричке.

-Да.... - неопределенно протянул Пожар, задумчиво глядя на зеленую крону деревьев, вплотную примыкавших к штабу. - Я к тебе за этим, собственно, и пришел. Я сегодня в наряд заступаю. По части.

-Ха! - Санька все понял. - И сейчас ты будешь просить меня поехать вместе, но завтра. Так?

-Ну а чего тебе? - Пожар легко соскочил с подоконника и заходил по комнате. - Какая разница? Завтра суббота. Еще воскресенье впереди. Успеешь, намилуешься со своим Шурой.

Санька задумался. Конечно, без Пожара у Юры было бы скучно. Тот всегда вносил в компанию струю веселья и оживления. Но, с другой стороны, Шурик.... К нему тянуло. Тянуло сильно. Но Шурик Шуриком, а основным спонсором все-таки был Пожар. А без продуктов и денег у Юры было делать нечего. Сашка с Пожаром, приезжая на выходные, всегда привозили с собой полные сумки продуктов на неделю, так как Юра жил не очень богато и прокормить всю ораву, жившую у него (а кроме Шурика там жил еще один Саша - Пожаровский пацан и Леха, ничей, и одновременно общий) просто не мог физически.

-Я не знаю, Пожар... - обиженно надул губы Санька. - Мне тут делать нечего целые сутки. А там - другое дело...

-Да и хрен с тобой - езжай, - беспечно махнул рукой Пожар. - Скажи, что я завтра подъеду. Только, чур, уговор! - он остановился посреди комнаты и хитро взглянул на Сашку. - Продукты будешь ты покупать. А я только завтра водку куплю. Идет?

-Посмотрим, посмотрим.... Может, я еще и передумаю, - ответил ему Санька. - Ты, главное, полюбуйся на лапочку эту! - и он придвинул к Пожару личное дело лейтенанта Баранова.

Пожар внимательно поглядел на фотку, потом перевернул страницу и бегло просмотрел все данные Баранова. Вернув дело Сашке, остро и чуть насмешливо посмотрел тому в глаза. Санька вздохнул и отвел взгляд.

-А чего глаза-то такие блядские-то, а? - грозно спросил Пожар. - Ох, смотри у меня, доиграешься. Я тебе уже говорил и не устану повторять первейшую заповедь...

-Да знаю, я знаю твою заповедь, надоел с ней уже, - недовольно вскинулся Сашка. - Подумаешь, понравился мальчик. Я ж не бегаю за ним по всей части. Тем более и знать не знаю, где он будет у нас служить. Так просто...Мордашка у него симпатичная, - и пожав плечами, Санька уселся на место.

Пожар опять взгромоздился на подоконник, и закуривая очередную сигарету, уже более миролюбиво продолжал:

-Вот поэтому и предупреждаю, что понравился. А служить он будет у нас, в четвертой батарее. Я знаю уже. Более того - видел его. Парень, как парень.... У нас иные солдаты приятнее его будут во сто крат. Ты, вот, что-то на них не заглядываешься...

-Больно они мне нужны, - недовольно проворчал Сашка. - Ну а на счет Баранова не беспокойся, не растаю! У меня ведь тоже голова на плечах, а не кувшин. Мне тоже служить тут охота.

-Вот и ладненько! - весело сказал Пожар, щелчком выкидывая недокуренную сигарету. - Пошел я службу нести да к наряду готовиться. А ты подумай. Если что - приходи ко мне сегодня на пост. Водочки попьем, а завтра вместе и поедем.

Он легко соскочил с подоконника, оправил форму перед зеркалом, и подняв руку в приветственном жесте, вышел из кабинета. Санька проводил его задумчивым взглядом. Если разобраться, Пожар был единственным ему тут близким человеком. Больше ни с кем дружбу Санька не водил, хоть и замкнутым его было назвать трудно. Более того, Саня чувствовал превосходство Пожара над ним. Нет, превосходство не яркое, не показное. И хоть и были они с Пожаром одногодками, но в часть в эту привел Саньку именно Пожар. И именно он устроил его в штаб на такую непыльную работу. Если бы не он, прозябать Саньке в своем захолустье, где он служил до этого. И где даже солдат симпатичных, и тех не было. А познакомились они у того же самого Юры, два года назад. Пожар знал Юру давно. И именно к нему водил своих пацанов. Но и Юра был парень не промах, и тоже любил новые знакомства и встречи. Вот и однажды он и познакомился с Санькой, гулявшим бесцельно в парке, с затаенной надеждой. А познакомившись, привел к себе. Там-то Сашка и увидел впервые Пожара. Увидел и запал на него. А когда узнал, что Пожар является еще и старшим лейтенантом, вовсе потерял голову. Но Пожар отнесся к нему совершенно равнодушно. Его не интересовали ровесники, ему нужны были пацаны моложе его. Но, вскоре, мало-помалу они сблизились. И хоть до совместной постели с Пожаром дело у Сашки так и не дошло, они просто остались хорошими друзьями. Вот Пожар-то именно и устроил этот Сашкин перевод в свою часть. И с тех самых пор постоянно опекал того. И предостерегая от излишне опрометчивых шагов, и, вообще, всячески шефствуя над ним. Сашка даже осознавал, что именно благодаря Пожару, вернее, его предостережениям и постоянной опеке, о Сане, вернее, о его интересах, никто в части не догадывался. А так... Саня зажмурился, перебирая в памяти все те случаи, когда он был готов сорваться и признаться понравившемуся ему офицеру о своей натуре. И всегда рядом оказывался Пожар, одним словом, жестом, или, даже ударом (да-да, было и такое) пресекал эти попытки. И потом, Сашка даже был ему благодарен за это...

***

Из задумчивости Саню вывел отчаянный телефонный звонок. Звонили из КЭЧ гарнизона - квартирно-эксплуатационной части. Поинтересовавшись, тот ли это Снегов Александр, бесцветный женский голос сообщил ему, что в Сашкино жилище ему подселяют человека.

-Как??? - только и сумел вымолвить Санька, который чрезвычайно гордился, что сумел устроиться в общежитие в пусть небольшую, но отдельную комнату.

Этот же голос заявил, что положение в гарнизоне с жильем очень сложное, прибывают выпускники училищ, их селить некуда, придется уплотняться, и.т.д. и.т.п. Минут двадцать Сашка яростно ругался с невидимой ему квартирной дамой, отстаивая свое право на одиночество, но - безрезультатно.

-Я буду жаловаться на вас! - заявил Сашка, бросая трубку на рычаг. Телефон жалобно звякнул. Сашка с ненавистью уставился в угол комнаты. Постепенно, остывая, у него в мозгу начинал прорисовываться план дальнейших действий по недопустению подселения к нему квартиранта. Сначала следовало сходить к Гоше-Гоше и осторожно пожаловаться на такую несправедливость. Потом, придти к комендантше, с которой у Сашки были вполне дружеские отношения, и подарив ей какой-нибудь нехитрый, но дорогой презент, попытаться отмазаться от соседства. Ну а если ничего не поможет - тогда создать квартиранту такие условия, чтобы тот сам сбежал. Если не через день, то на следующей неделе - точно.

Решив так, Санька поднялся, спрятал в сейф дело Баранова, вскользь посмотрев на его фотографию, и, одернув китель, решительно вышел из кабинета. Но, увы! Гоши-Гоши не было на месте. Более того, он сегодня и не появлялся вообще. И что с ним, и где он - об этом не знала даже вездесущая баба Вера - вольнонаемная уборщица. "Черт!", - выругался про себя Санька. Конечно, можно было позвонить Гоше-Гоше домой, но следовало ли его беспокоить по таким пустякам? Немного подумав, Сашка решил эту свою часть плана отложить на потом, а заняться комендантшой.

Время уже приближалось к обеду. Торопясь, Сашка закончил все свои дела, заполнил необходимые формуляры, сдал их в секретную часть, и отправился к себе. В офицерское общежитие.

По пути Сашка окончательно решил, что в город, к Шурику он сегодня не поедет. А придет вечером к Пожару в дежурку и расскажет тому о своих неприятностях под бутылочку водки. Пожар, глядишь, что и присоветует. В этой части он служил уже давно и в совершенстве знал все подводные течения и рифы гарнизонной жизни.

Но в общаге Саньку ждал очередной облом - комендантши, Анастасии Павловны, не было на месте, она ушла в КЭЧ и обещалась быть после обеда. "Не беда, - решил Сашка. - После обеда, так после обеда. Время есть - подожду". Запоздало вспомнив, он пожалел, что не узнал у квартирной дамы, когда ему собираются подселить квартиранта. Зайдя в комнату, он не спеша переоделся, и стал готовить нехитрый обед. В дверь постучали.

-Войдите, - крикнул Сашка, вытирая руки полотенцем.

На пороге появился Мишка Чумовых - его сосед по секции, лейтенант, тоже холостой.

-Представляешь, Сань, - начал он прямо с порога. - Нас с тобой уплотнять собрались. Ко мне сегодня коменда пришла и сказала, что будут подселять молодежь из училища. Я ей - я жениться вот-вот собираюсь! А она - вот когда женишься, тогда и будешь жить с женой, а пока, мол, поживете вдвоем с молодым. Я ей - надолго ли? А она пожала плечами и говорит, не знаю. А куда, прикинь, мне соседа? У меня каморка еще меньше твоей. И где же мне с Наташкой трахаться тогда? Совсем, блин, оборзели! - возбужденно тарахтел Мишка.

У Сани сжалось сердце от нехорошего предчувствия. Вслух же он достаточно ровно спросил:

-А про меня она что сказала?

Чумовых отвел глаза:

-Ну, я у ней и про тебя спросил. А она успокоила, что и тебя будут уплотнять. Ну, тебе-то легче - у тебя есть, где развернуться, тем более ты же говорил, что у тебя баба в городе живет. А вот мне как быть? Натаха, она так же в общаге живет. И еще и вдвоем с подругой. - В волнении Мишка ходил по комнате.

"Вот, собака, - беззлобно подумал Санька. - Небось, когда она ему про квартиранта сказала, сразу стрелы на меня перевел". А вслух:

-Ты, Миш, не будь дураком, беги в гарнизон, в КЭЧ. Объясняй ситуацию. А еще лучше - подайте со своей Натахой заяву в загс. И с этой бумаженцией можешь уже воевать.

-Х, - усмехнулся Мишка. - Так я не хочу жениться прям щас. Еще погулять охота. Рано мне еще.

-Тогда придется потесниться, - сказал Сашка, с улыбкой глядя на Чуму (так того здесь называли).

-А ты?

-А что же я.... Не велика беда - вместе веселее.

Сашка намеренно не говорил Чуме, как известие о квартирантах потрясло его до глубины души. Он решил чисто внешне ничему не противиться. Пусть все думают, что ему все до лампочки. А он, тем временем, будет тихо, медленно, но верно, плести свою сеть. Тем более что если они вдвоем будут возмущаться, то если это и принесет свои плоды, то уж точно Мишке, а не ему. Значит, надо убедить Чуму, что в этом ничего страшного нет. Чтобы тот смирился, и не путал Сане все карты.

-Не грузись, Мишка. Как подселят - так и выселят. Это не надолго. Я знаю.

-Откуда? - Чума подозрительно посмотрел на него.

-В штабе говорили, что поселковое общежитие тамошний колхоз нам передает. Вот когда передаст, тогда их от нас и отселят.

-Когда это будет? - протянул Чума, впрочем, заметно повеселев.

-Через месяц-два, - ответил Санька, и спохватившись, спросил. - Кстати, а она не говорила, когда их собираются подселять?

Мишка виновато пожал плечами:

-Может, и говорила, да я не помню. Не до этого было. Ладно Сань. Ты меня немного успокоил. Пошел я тогда. Ну что? Встретим молодых во всеоружии? Покажем, кто в доме хозяин? - и он, подмигнув, скрылся за дверью.

"Встречай, встречай, - подумал Сашка. - Уж я-то точно никого встречать не собираюсь"

***

После обеда надлежало еще сходить в штаб, заполнить необходимые бумаги и списки, да и Гошу-Гошу не мешало увидеть. Внутренне успокоенный, Санька пошел на работу. Гоши-Гоши так и не было. У зампотеха Саня выяснил, что сегодня начштаба и не будет вовсе - он взял увольнение на день и умотал с женой в деревню к дочке. Внутренне досадуя на неудачу и быстро покончив со всеми делами, Саня собрался опять в общагу - к Анастасии Павловне.

На первом этаже царил настоящий кавардак. Двери кастелянской были нарастопашку. У дверей толпился народ - молодые лейтенанты, все одинаковые, как из инкубатора. Двери склада тоже были открыты. Оттуда непрерывно выносили кровати те же самые лейтенантики. "Ну все!", - обреченно подумал Санька. Протолкавшись к кастелянше, он выяснил, что комендантша бегает где-то по этажам и расселяет молодежь. Все еще надеясь на благополучный исход, Санька помчался ее искать. На полпути ему в голову вдруг, как молния, ударила мысль: "А что, если я по-тихому слиняю отсюда сейчас. Глядишь, их всех расселят, и на мою долю никого не останется". Но он тут же был вынужден отогнать от себя эту думку - у комендантши имелись дубликаты всех ключей. А вот и она сама. Летит по коридору, за ней, как шлейф тянуться испуганные лейтенантики со стопками белья в руках.

-А-а-а, Сашенька, вот ты где! - радостно заворковала Анастасия Павловна, едва завидев Сашку. Я к тебе соседа подселю сейчас. Не возражаешь?

-Анастасия Павловна! Можно мне с вами поговорить. В спокойной обстановке. Сейчас. - Сашка обворожительно улыбнулся.

-Ой, Сашенька! Некогда-некогда! Заглядывай ко мне на чашечку чайку сегодня вечером. Там и поговорим. Кого же я хотела к тебе подселить? - и комендантша рассеяно оглядела толпу лейтенантов. - Нет его здесь. Наверное, кровать собирает. Как же его фамилия? Где мой список? - не на шутку встревожилась она, хлопала себя по карманам халата. - Куда он запропастился? - И она, совсем позабыв о Сашке, устремилась вниз.

Саня понял, что ловить сейчас ему будет нечего. Разговора не получится. И что придется ему с минуты на минуту ждать соседа. "Блядство! - в сердцах выругался он про себя. - Надо было мне ее с утра искать. Придется сегодня потерпеть. Ладно, еще не все потеряно", - размышляя так, Сашка поднялся на свой этаж. На нем царила тишина и спокойствие - видимо, неугомонная Анастасия Павловна сюда еще не добралась. Открыв дверь своим ключом, Сашка торопливо переоделся, включил компьютер, и поставив какую-то простенькую программку, напряженно уставился в экран монитора. Компьютер был у Сашки старенький - 486-ой модели. Но в то время, когда происходили эти события, данная модель совсем старой еще не считалась. Его Сашке подарил, вернее, купил отец - адмирал флота. Он был давно в разводе с Сашкиной матерью, имел свою устоявшуюся семью и жил-служил на самом дальнем Востоке. Сашку он не видел очень давно, да и не горел особым желанием с ним видится. И будучи как-то по делам здесь, в городе, разыскал свою бывшую жену, просто так, без всякого смысла. И встретился с Санькой. Протекцию, как тот надеялся, отец ему не составил, а свирепо насупив брови, заявил, что всего в жизни человек должен добиваться сам. А особенно, это касается карьеры, чем немало расстроил Сашку. А вот компьютер отец ему купил и подарил. Потом со словами: "Развивайся, сын!", - отбыл восвояси. Собственно, к компьютеру Сашка был равнодушен. На винте у него было записана пара игрушек и какие-то простенькие развивающие программки. В этих делах Саня совершенно не петрил, но компьютером своим страшно гордился, ежедневно протирая с него пыль. Еще бы! Этот компьютер был предметом зависти многих его сослуживцев. Вот и сейчас, Сашка, устроившись у монитора, хотел поразить воображение своего нового соседа.

Стук в дверь не заставил себя долго ждать. Робкий и несмелый.

-Да! - рявкнул Сашка, не оборачиваясь к двери. Дверь открылась. Сашка сидел спиной к ней, напряженно двигая мышку одной рукой, а другой - ероша себе волосы. За спиной раздался робкий кашель.

-Кого там еще черти принесли? - нетерпеливо воскликнул Сашка. - Не видишь - работаю.

-Извините... - раздался робкий голос. - Меня к вам подселили сегодня.

-А, черт! - как будто что-то у него не клеится, выругался Санька и оборачиваясь спросил:

-Кто там еще кого подсе...

Слова так и застряли у него в горле. На пороге стоял лейтенант Баранов, собственной персоной, пунцовый от смущения, со стопкой белья в руках...

***

-Ой, здравствуйте! - окончательно смущаясь проговорил Баранов и еще пуще залился краской. - Вы меня не узнаете?

То, что творилось в душе у Саньки, не поддается, наверное, никакому описанию. Радость, изумление, тревога, недоумение - все это смешалось и вихрем пронеслось внутри него. О Баранове он думал только пять минут тому назад. Думал о том, что как бы хорошо было бы с ним снова встретиться. Поговорить, пообщаться. Подружиться, наконец. И плевать хотел Сашка на все предостережения Пожара - ведь не в постель же он тащить лейтенанта собирается. А тут такое. Все пункты Санькиного хитроумного плана по выселению квартиранта сразу же полетели к чертям собачьим, когда он, поднимаясь, изумленно говорил:

-При-и-ивет! Ты что, стало быть, ко мне?

-К вам. - Робко кивнул Баранов.

-Подселили что ли? - Сашка еще окончательно не верил в свалившееся на него счастье.

Парень же истолковал изумление Сашки по-своему и торопливо проговорил:

-Мне комендант сказала в вашу комнату заселяться. Может, тут ошибка какая-то произошла? Может, не к вам я... - и он сделал было попытку выйти из комнаты.

Санька излишне пылко остановил его:

-Нет-нет, все верно. Меня предупреждали сегодня. Давай, проходи, располагайся, коли так.

"Какое тут выселение, какое тут недовольство, - думал Сашка, еще окончательно не веря в то, что тот самый мальчик, что приснился ему сегодня, будет жить у него. - Да я его не то, что в другую общагу, я его от себя не отпущу!". Парень меж тем все еще неуверенно топтался на пороге, оглядывая комнату. Взгляд его остановился на включенном компьютере, да так и застыл на нем. Санька перехватил этот полный восторга и изумления взгляд и про себя усмехнулся: "Ага, зацепило!". А вслух же, сделав радушный жест рукой, сказал:

-Да что ты стоишь-то? Давай, проходи, знакомиться будем.

Сказал он так намеренно, желая не подавать виду, что узнал Баранова. Тот же, пройдя немного по комнате, неуверенно опустился на краешек стула. Стопку белья он все еще держал в руках.

-Да мы же знакомы с вами, товарищ прапорщик! - радостно сказал он. - Вы же у меня вчера документы в штабе принимали и диплом тоже.

-Да? - сказал Санька и сосредоточенно нахмурился, делая вид, что копается в памяти. Через несколько секунд он напустил на себя радостно-удивленное состояние и широко открыв глаза с деланным изумлением проговорил:

-Постой-постой! Кажется, вспоминаю. У тебя фамилия еще на букву "Б" вроде. Так?

-Точно! - радостно подтвердил парень. Баранов я. Владимир.

-Во-во-во! Ты уж извини, Володя, что запамятовал. Ты знаешь, сколько у меня таких как ты в тот день было. Всех и не упомнишь.

Это самое наглое бессовестное вранье Баранов принимал за чистую монету - он сидел и радостно таращился на Саньку, видимо, довольный, что его узнали.

-Зовут меня Александром - и Сашка первым протянул руку.

Володя тут же вскочил, и прижимая одной рукой злополучное белье, второй крепко пожал протянутую ладонь. Словно волна тока прошлась по Сашкиному телу - так ему было приятно рукопожатие этого паренька. Но следовало и дальше изображать из себя радушного хозяина - своего в доску.

-Так. Где твоя кровать? Еще не брал?

Володя отрицательно покачал головой.

-Ладно. Пошли, я покажу. Заодно, может, под нового соседа еще чего-нибудь из мебели прихватить смогу. Айда!

-Да я вообще знаю, где это. На первом этаже.

-Вот и пошли! - и они вдвоем вышли в коридор.

Навстречу им попался такой же молодой лейтенант, несший в обеих руках по спинке от кровати.

-А, Вован! Ну чё, устроился? - спросил тот, едва они поравнялись и взглядом мазанул по Сашке.

Сане взгляд его сразу не понравился - нагловатый и насмешливый. Володя же, остановившись, энергично закивал головой.

-В двести пятой, Колек! А ты?

-А я в двести седьмой. Соседи, получается.

-Ого! Классно! Ладно, пошел я за кроватью. Встретимся еще - и Вовка быстро стал нагонять Саню.

"В двести седьмой, значит, - думал Сашка быстрым шагом, спускаясь с лестницы. - Это хорошо. Чума тебе устроит новоселье". Почему-то ему сразу не понравился этот Колек. Бывает такое - увидишь первый раз человека - и что-то в нем отталкивает тебя. Еще даже неизвестно что. Как правило, такое чувство обычно бывает взаимным и Сашка сразу, как только увидел этого Колька, понял, что это не тот человек. Не тот, не такой. Да и трудно было объяснить, что в нем не понравилось Сашке. Поэтому он с каким-то торжеством думал о том, как Чума поставит этого Налима (так его окрестил про себя Сашка) на место.

Предоставив Вовчику получать кровать, Саня сумел в этом бардаке найти комендантшу и пустив в ход весь свой арсенал нужных улыбочек и комплиментов, выпросить дополнительно еще и мягкое кресло, столик для телевизора и настенный шкафчик.

Остаток дня прошел в хлопотах, неизбежных при любом новоселье. Сашка с Вовчиком расставляли мебель, прибивали шкафчик, раскладывали пожитки по новым местам - одним словом, создавали в комнате новый "имидж", как выразился Вовчик. За те недолгие два-три часа, что они возились вдвоем, Володя несколько пообвыкся, освоился и уже не заливался пунцовой краской по малейшему поводу. Сашка же постоянно искоса наблюдал за ним - как тот двигается, как разговаривает. Обращал внимание на все - жесты, мимику. И с удовольствием отмечал, что все, буквально все ему в Вовчике нравится. Окончательно и бесповоротно. Было даже как-то неловко. И вовсе не верилось в свалившееся счастье. "Подумать только! Здесь, рядом со мной будет жить этот симпатяга. Да мне просто любоваться на него - и то за глаза хватит. А чтобы обнять, погладить...". Сашка, сам того не замечая, увлекся, мысленно рисуя картины, одна смелее другой. От этого по телу разлилась приятная волна, и Сашка с легким беспокойством ощутил, как его дружок беспокойно заворочался в спортивных штанах. Мысленно чертыхнувшись, Сашка отвернулся к стене и усилием воли постарался погасить наступившую эрекцию. К счастью, Вовчик этого не заметил - он был занят своей кроватью и на Саньку не смотрел.

Со службы стали постепенно возвращаться соседи по секции. Первым вошел капитан Аникеев, и увидев настежь распахнутые двери секции и Сашкиной и Мишкиной комнат, удивленно пробасил себе в усы:

-Эт-то что еще за балаган?

Санька выглянул первым.

-Новоселье у нас в секции, Вадим. У меня и у Чумы.

-Что, значит уплотнили? Ну-ка дай я на твоего соседа посмотрю, - и он грузно шагнул в комнату. - А-а-а, хлопчик! Тебя ж я видал сегодня в батарее. Значит, жить здесь будешь. Это хорошо. С соседом тебе повезло. Сашка - парень что надо. Да и я тоже хороший, когда малость выпью. За новоселье. - Произнеся эту тираду, Аникеев довольно заухал, что у него означало смех.

-А это мы с Колькой мигом! - с готовностью закивал Вовчик. - С нас угощение - железно!

-Вот и славненько! - прогудел Аникеев, открывая свою дверь.

Что во всем этом немного неприятно удивило Сашку, так это то, что Чума, против его же самим сказанных утром слов, "дрочить" своего нового соседа не стал, а наоборот - довольно быстро нашел с ним общий язык. И они, так же как и Сашка с Вовчиком, вдвоем занимались обустройством. "Чума, блин, трепло! - подумал Сашка, - лучше бы он этому Налиму показал кто в доме хозяин, как утром грозился". Но это было единственной темной капелькой в медовой бочке радостного настроения.

***

Гуляли они всей секцией в комнате у Аникеева, как в самой большой. На выставленный на середину комнаты стол было поставлено все, что имелось в загашниках у обитателей секции. Жена Аникеева, радушная хозяйка, достала из холодильника последнее, что там было из съестного. Притащили снеди и Сашка с Чумой. Водка же была куплена общими усилиями новых жильцов секции, и недостатка в ней не наблюдалось. За столом царил веселый гомон, перемежаемый вопросами об учебе, семье, расспросами о будущей работе, о командирах. Травились анекдоты, сыпались соленые шуточки. Саньке все происходящее нравилось. Из того, что рассказали о себе Вовчик с Колькой, он почерпнул для себя несколько полезных и интересных моментов. Во-первых, Вовчик жил в соседнем областном центре (это хорошо - на выходных будет дома сидеть). Во-вторых, девушки у него еще на примете не было (это просто замечательно!). В-третьих, Сашка ему очень понравился своим простым поведением и открытостью (это Сашка подслушал стоя у двери, когда ходил в туалет). И, в-четвертых, Колька-Налим будет служить под началом Пожара (а это вообще великолепно!).

Но всему приходит завершение - вот и грузный Аникеев протрубил себе в усы:

-Ну, вы ребята, как хотите, а мне спать пора. Намаялся я сегодня.

Это означало то, что всем гостям следовало выметаться из квартиры. Вчетвером завалили в Сашкину комнату. Чума предложил купить еще водки и продолжить гулянку уже здесь. Сашка был не против, но хотел посмотреть, как к этому отнесется Володя. Если откажется, то и ему смысла пить больше не было. Но Вовчик как-то неуверенно пожал плечами и посмотрел на Саню - мол, ты хозяин - тебе решать. Налим - тот был согласный. О Чуме и говорить не приходилось. Он мог запросто перепить кого угодно и делал это с необъяснимой легкостью и явным удовольствием. Все втроем в ожидании уставились на Сашку.

-А, давай, - беспечно махнул рукой Саня. - Гулять, так гулять!...

***

Как он укладывался спать, Сашка не помнил. Вернее, помнил, но какими-то урывками. Вот он пьяный тычет кого-то в компьютер.... Вот пристал к Кольке, почему он мало пьет.... Вот предлагает побороться на руках и тут же кому-то проигрывает....Кажется, рыгает в туалете.... Или это не он, а кто-то другой....Выгоняет всех из комнаты, заявляя, что устал и хочет спать....Или это не он, а кто-то другой.... Кажется, засыпает на полу.... Нет, на постели. А как там очутился? Помнит...отчетливо помнит чьи-то руки - сильные и крепкие, которые подняли и положили его на кровать... "Лифты"...когда в голове все плывет и заснуть можно только вниз животом и свесив голову с кровати... Тяжелый сон...

***

"...И эти руки. Может, они приснились? Как приснилось и то, что я их гладил, пытаясь дотянуться до шеи. И дотянулся. И поцеловал. А от него пахло лесной земляникой и чем-то еще - таким светлым и чистым. И он отвечал мне в ответ. Жарко целуя меня всюду. Нет! Нет, черт возьми! Этого не может быть! Сколько бы я не пил, я всегда себя контролирую. Не мог я так сразу к нему. Без предупреждения, без предварительной разведки. Да и он... Блядство! Конечно же, это сон. Самый настоящий сон! Уф! Аж камень с души свалился. А то как я ему в глаза бы стал смотреть. А, может, не сон....Надо проверить. А как? Что я у него спрошу? Володя, я не приставал к тебе ночью, как последняя пидовка? Бред! Хотя....

Если это не сон, в чем я глубоко заблуждаюсь, по нему все сразу будет видно. По глазам. По поведению. Ну что, Александр Анатольевич! Открывай глаза!"
***
Сашка открыл глаза и тут же зажмурился. Солнечный свет непрерывным потоком бил из окна. Было душно, хотелось пить. Пересилив себя, Сашка приоткрыл один глаз и посмотрел на соседнюю кровать. Увиденное там, заставило его открыть и второй глаз и даже приподнять голову с подушки. Соседняя кровать поражала совершенством форм аккуратно заправленного одеяла и белоснежной подушки. Саня приподнялся и сел на своей койке, недоуменно оглядываясь по сторонам. В комнате была чистота и порядок. Вся грязная посуда перемыта и составлена на край стола. Все остатки вчерашней пирушки покоились в мусорном ведре. Единственную дисгармонию в эту утреннюю идиллию вносил сам Санька. В помятом спортивном костюме, с такой же помятой рожей он сидел на заправленной кровати и с удивлением глядел по сторонам. Вовчика и след простыл. "Уж не сон ли это был?", - усмехнулся Санька и посмотрел на часы. Половина одиннадцатого. "Ого! Вот это я спать!", - удивленно подумал он, и кряхтя поднялся с постели. Контрастный душ и две чашки крепкого кофе сделали свое дело - стало намного легче, и голова заработала энергичнее. Санька подошел к двери Чумы и толкнул. Дверь, редко запиравшаяся, когда Чума ночевал один, легко открылась. Сам он, в одних трусах валялся на простыне и не думал просыпаться. Налима тоже не было - его кровать, так же как и Вовчика была заправлена с поражающей аккуратностью. "Куда же они могли уйти? - размышлял Сашка. - Сегодня суббота. На службу им в понедельник. Странно". Сашка вдруг вспомнил, что еще вчера он собирался к Шурику. И не поехал. "Правильно, потому что собрался водку пить с Пожаром. И не пошел. Ладно, чего думать-гадать, пойду к Пожару. Да от него и поеду к Шурику", - решив так, Сашка переоделся, взял большую спортивную сумку, и замкнув дверь отправился к Пожару в дежурку.
***
Пожар сидел за столом и что-то строчил в толстом журнале. На вошедшего Саньку взглянул исподлобья и опять было уткнулся в журнал. Но тут же снова поднял глаза и уже более внимательно осмотрел того с ног до головы. Потом опять склонил голову и принялся вновь что-то писать. Санька стоял посреди дежурки и чувствовал себя довольно глупо.
-Привет! - наконец нашелся он.
-Алкаш! - последовал безжалостный приговор.
Сашка с облегчением перевел дух. Можно было успокоится - это была обычная манера разговора у Пожара. Он уселся на стул, закинул ногу на ногу и закурил. Пожар поморщился, коротко выругался и с отвращением оттолкнул от себя журнал.
-Не дежурный по части, а какая-то секретутка. То напиши, то запиши, это зафиксируй, то отметь. Превратили армию в какую-то канцелярию. Ты где нажрался? - спросил он без малейшего перехода.
-Чего сразу-то нажрался. Выпили вчера малеха с Чумой и все.
Санька решил сознательно не говорить Пожару про Вовчика. Тот сразу бы заподозрил неладное и тогда его моралям не было бы конца. А еще чего доброго, добился бы выселения Вовчика. Он это мог. Сашка уже совершенно забыл про то, что вчера он как раз об этом и собирался просить друга. Но теперь ситуация в корне изменилась. Вовчика Сашка решил твердо никому не отдавать. И Пожару о нем ничего не говорить. До поры до времени.
-Знаю я твоего Чуму - меж тем говорил Пожар. - Он быка перепьет. И если вы сели пить, то "малеха" здесь и не пахнет. Поэтому и ко мне не пришел. Да?
Сашка с "виноватым" видом кивнул.
-Поди, опохмелиться хочешь? - не дожидаясь ответа Пожар достал из тумбочки плоскую фляжку, и взболтнув около уха, протянул Сашке. - На вот. Выпей, полегчает.
-Что это? - спросил Санька, у которого минуту до этого любое упоминание об алкоголе вызывало рвотный рефлекс.
-Рижский бальзам. Жена привезла.
-Так она у тебя вернулась?
-Ну.
-Так а как ты поедешь тогда сегодня к Юре?
-Обыкновенно! Так же как и ты - на электричке! - Пожар неожиданно рассердился. - Что за глупые вопросы. А то ты не знаешь, как я до этого ездил. Скажу, к родителям за продуктами поехал. Что ты как ребенок, честное слово! Давай, пей, не задерживай.
Сашка послушно и машинально отхлебнул из фляжки. Против ожидаемого, никакого отторжения не произошло, и теплый комок мягко провалился в желудок. Он протянул фляжку Пожару.
-Ты знаешь, Пожар, давай, наверное, я сейчас поеду. А ты подъезжай, как сменишься. Идет? А то я здесь сдохну до вечера.
-Не сдохнешь, - Пожар тоже сделал приличный глоток, и завинтив фляжку, спрятал ее назад в тумбочку. - Ты вот что, Снежок! Бери-ка деньги и поезжай сейчас за продуктами. Ну, там, все по полной программе. Можешь по пути пива попить, пошляться где-нибудь. Глядишь, и снимешь кого. - Пожар хохотнул. - Ладно-ладно не гляди волком, пошутил я. Короче так. - Он вмиг сделался серьезным. - Купишь что надо и приезжай сюда. Как раз к пяти поспеешь. А отсюда уже вместе и рванем. Усек?
Сашка попытался было слабо отбрыкаться от возложенной на него миссии, но это ему не удалось. Пожар меж тем протягивал деньги:
-На, бери. Свои-то, поди, уже все пропил вчера. Ладно, не ворчи. Дуй давай. У тебя электричка через двадцать минут. Поспевай! - и с этими словами он буквально вытолкал Саньку за порог.
***
Юра, убежденный холостяк, жил в городе в двухкомнатной квартире. Жил один. Вернее, почти один. Точнее будет сказать, что один он не жил практически никогда с тех пор, как умерла его мать. В тот момент у него в квартире обитало трое гавриков-детдомовцев. Жили они на постоянной основе и вовсе не потому, что нравились Юре, и он с них извлекал какую-то пользу. Пользу с них извлекали Пожар с Санькой и исправно за это расплачивались полными сумками продуктов и, отчасти, деньгами.
Одного звали Шуриком. Невысокий, жилистый, подвижный - он производил впечатление настоящего мужичка, не по годам серьезного. Может, так оно и было - из всех троих Шурик был настоящим детдомовцем, прошедший, несмотря на свои девятнадцать лет, огонь, воду и медные трубы, закаленный в детдомовской мясорубке до стальной непробиваемости.
Второй - тоже Сашка. Тот, хоть и был почти сиротой, но в детдоме не был никогда по той причине, что имел мать-алкоголичку, которую, впрочем, видел редко и от случая к случаю. Тоже небольшого роста, он обладал той привлекательностью, которую несут в себе малосимпатичные люди. И в правду, красавцем его назвать было нельзя. Но было в его внешности нечто такое, что заставляло впервые видевших его людей, не отрывать от него взгляд. Короткие черные волосы, худое лицо и голубые глаза вечно хмурые и подозрительные. Всех "голубых" приятелей, которые приходили к Юре, Сашка не жаловал. Смотрел на них недовольно и полупрезрительно, что немало забавляло Юру и бесило приятелей. Из всех он признавал только самого Юру, как хозяина квартиры, Пожара, как своего друга, и Снежка, как друга Пожара. Все остальные для него как бы не существовали. И даже с Шуриком и Лехой - третьим обитателем веселой квартиры у него были немного натянутые отношения.
Леха - здоровый бугай, занимавшийся в свое время тяжелой атлетикой - находился в этой компании на непонятном месте. Он был приятелем Шурика, но в детдоме жил только два года - с тех пор, как его мать лишили прав. Массивный, неповоротливый, он был, как говорят, сам себе на уме. Постоянно уходил куда-то и отсутствовал по неделям. Потом приходил - грязный, оборванный, худой, но довольный. Чем он это все время занимался, он не говорил, да и с расспросами к нему никто не приставал. Просто принимали его постоянные отлучки, как само собой разумеющее и не обращали на него внимание. В отличие от Сашки и Шурика, он периодически приносил в дом продукты, одежду для Юры, иногда деньги. Юра прекрасно понимал, что это все ворованное, но не выгонял Бушлата (так его прозвали), как ему настойчиво советовали Пожар со Снежком. А наоборот, всячески поощрял такие действия. Благодаря Бушлату, Юра был одет-обут на предстоящую зиму и причин для недовольства не видел. Конечно, Шурик был посвящен немного в тайную жизнь Бушлата, как приятель того, но по извечной детдомовской привычке держал рот на замке.
Первым в этой квартире появился Сашка. Пожар познакомился с ним на вокзале и чуть было не силком приволок к Юре - худого, оборванного, с голодным блеском в глазах. Три часа тот отмокал в ванне, потом до конца дня наедался. А наевшись, вежливо поблагодарил Юру с Пожаром и быстро натянув свои лохмотья, покинул квартиру. Юра недоумевал и злился. Пожар лишь довольно похохатывал. "Никуда он не денется, Юра, вот увидишь. Прибежит как миленький. Если в мое отсутствие явится, скажи ему когда я вновь буду", - говорил Пожар. Так оно и вышло. Сашка пришел среди недели, и робко постучавшись в дверь, как тень, возник на пороге. Потом пришел в субботу, когда в очередной раз приехал Пожар. А потом и вовсе остался жить у Юры, исполняя роль некого домохозяина, так как Юра, что касалось домашних дел, был страшно непрактичным человеком. К тому, что Юра с Пожаром "голубые" Сашка привыкал долго и тяжело. Но, в конце концов, подружился с Пожаром и в одну прекрасную ночь познал весь кайф однополого секса. С тех пор, по прежнему смотря на "голубых" как на больных людей, он с видимым удовольствием общался с Пожаром, с нетерпением ждал его каждые выходные, и с радостью отдавался ему в постели. Очень многие Юрины приятели пытались подбить клинья к Сашке. Но с тех пор, как он чуть было не проломил череп одному назойливому почитателю, по быстрому отстали от него, и приходя в гости лишь затаенно вздыхали. Не забывая, впрочем, поливать его помоями за глаза. Уж так повелось в этом мире...
Вторым появился Шурик. Его привел Юра откуда-то с пляжа. Привел не одного, а с целой компанией таких же, как и он. Спустя две-три недели компания постепенно расселилась по Юриным приятелям (благодаря титаническим усилиям с его стороны), А Шурик остался. Остался из-за Снежка, который едва увидев Шурика, влюбился в того без памяти. Странный был это человек. Качал он деньги из Снежка, как насос. Взамен этого спал только с ним, принадлежал только ему, и был только Снежка и никого больше. Сашка его и одел и обул и еще бог весть сколько денег вбухал в него под неодобрительное ворчание Пожара. Но ничего поделать с собой не мог. А Шурик, видя его эту слабость, использовал ее на полную катушку, не забывая, впрочем, и про баб, до которых он тоже был довольно охоч. Вот такого кадра и любил Сашка-Снежок. Любил до последнего времени. Любил, пока не встретил на своем пути Вовчика Баранова...
О Бушлате я рассказывать не буду. Ограничусь лишь тем, что спал он исправно со всеми, кто бы его ни попросил об этом. Особого неприятия это у него не вызывало, впрочем, и удовольствия - тоже.

-Что-то ты какой-то не такой сегодня. Не вижу радости на твоем лице, - сказал Пожар, когда они устроились в электричке, закинув наполненные продуктами сумки на верхнюю полку. - Вроде к Шурику своему едешь, впереди выходной, а ты как в воду опущенный. Ну-ка колись, что случилось!
В проницательности Пожару было отказать нельзя и Сашка уже решивший поведать тому про Вовчика, прикусил язык. Не хотелось рассказывать о своем новом соседе. Тем более Пожару, который быстро просекал, что к чему. Ведь он знал Саньку около двух лет и был он для него как открытая книга, которую можно было читать с любого листа. "Нет, расскажу ему потом, когда будем возвращаться, - решил Сашка, - а то он мне все выходные обсерит своими моралями". А вслух же, сделав безмятежное лицо, сказал Пожару:
-Ну ты даешь! Побегай с мое по магазинам, как савраска, посмотрю я на тебя. Всегда ж вместе все покупали, а тут - "иди один...покупай сам...вот тебе деньги", - передразнил он Пожара. Получилось это у него настолько похоже, что Пожар весело, от души расхохотался, утратив свою подозрительность.
-Да ладно... Я как мог от этого наряда отбрыкивался, но я же не волшебник. А всего лишь старший лейтенант. Эх! - мечтательно продолжил он, сдвинув кепку набок. - Ждет меня мой Санька, волнуется. Почему вчера не приехал. Психует, поди...
-А мой так, поди, нет, - в тон ему ответил Санька. - Моему Шурику разницы нет, когда я приеду. Лишь бы деньги привез.
-А ты их везешь?
Сашка утвердительно кивнул головой.
-Не много, так, самую малость.
-Балуешь ты его, я посмотрю. Да и он не дурак - тянет их из тебя. Слушай! - Пожар повернулся к Сашке всем телом. - Может, выставим его. Объяснишь ему ситуацию, я помогу. Да и распрощаешься с ним. А мы тебе с Юркой нового найдем. В сто раз лучше. И не с такими запросами. Поскромнее.
-Да ну, ты что? - испугался Санька. - Я его люблю. Он мой. А деньги - это ерунда. Ведь я ему сам даю, он же у меня не просит их.
-Вот именно, что не просит, потому что привык, что даешь. А попробуй не дай ему. Так он тебя и близко к себе не подпустит.
-Ерунда все это! - с поспешной горячностью ответил Сашка. - Ты же видишь, как он мне рад всегда. Хочешь сказать, притворяется? Твой-то, и то никогда свою радость не проявляет.
-Потому что он не такой как все. А радость свою проявляет в постели. Еще и как - будь здоров! - ответил Пожар, мечтательно улыбаясь.
-Ладно, хватит об этом! - подвел черту Сашка под скользким разговором. - Ты лучше скажи, у тебя в ТЭЧ пополнение молодое пришло?
-Срочники что ли? - спросил Пожар, недоумевая. - Так поздно уже.
-Не-е-ет, офицеры, - нетерпеливо сказал Сашка.
-А-а-а, пришел один. Навроде как моим заместителем. Кандышев фамилия....Или Кандыхин, чего-то забыл я. А что? - тут же подозрительно повернулся Пожар.
-Ты его вздрочни там как следует, ладно? - сказал Санька, словно не слыша подозрительности в голосе Пожара.
-Так а что случилось-то? Чего я его дрючить-то буду? Парень вроде толковый. Только скользкий он какой-то... - задумчиво проговорил Пожар.
-Во-во! - обрадовано закивал Санька. - Я его про себя Налимом обозвал. Мне он тоже таким же показался. Просто поселили его у нас в секции. К Чуме соседом. Уж больно он наглый и нахальный, я посмотрю. Как будто сто лет уже здесь живет и все и всех давно знает. Не нравятся мне такие люди.
Сашка врал убежденно и вдохновенно. Правда, зачем он это делает, ему и самому было не до конца ясно. Просто он интуитивно ощущал исходящую от этого парня опасность. Опасность, которая касалась непосредственно его, Саньки. Как и каким образом, он не знал. Но, как это бывает у всех тонких и чувствительных людей, каким-то шестым чувством он знал, что рано или поздно у него будут какие-то неприятности. От этого сжималось сердце и холодело внизу живота. И вообще, вспоминая вчерашнюю гулянку, Сашка припоминал, как Налим смотрел на него - насмешливо, презрительно прищурясь. Как будто он все знал и все понимал про Сашку. И, что самое ужасное, про Санькино чувство к Вовчику. А это было особенно жутко и страшно...
-Хм... - меж тем в раздумье хмыкнул Пожар. - Ну, положим, дрочить его вот так, с бухты-барахты, я не буду. Но пригляжусь к нему повнимательнее. Если что...- и он махнул рукой. - Не ссы, одним словом!
У Сашке на душе просветлело. Уж в Пожаре он был уверен. Тот его в обиду не даст. "А про Баранова я ему обязательно скажу. Когда будем возвращаться. Не убьет же он меня, в самом деле. Да и поводов не было пока", - подумал Сашка, окончательно успокаиваясь и уносясь мыслями туда, куда они ехали. К Шурику...
***
-А-а-а-а, приехали наконец-то!!! - раздался радостный вопль в прихожей и Шурик с разбегу кинулся на шею к Сашке.
Из комнаты выглянула довольная физиономия Юры, а из кухни, вытирая руки полотенцем, вышел Сашка.
-Чё так долго. Мы вас еще вчера ждали, - обиженно говорил Шурик и тут же без перехода продолжил. - Что вкусненькое привез?
-У Пожара, вон, наряд был вчера, - ответил Сашка, разуваясь. - Бери сумки, тащи, смотри, что привезли. Да собирайте на стол.
Снег с Шуриком прошли в комнату. Проход в тесном коридоре освободился и к Пожару подошел Сашка.
-Я скучал о тебе, - просто сказал он и уткнулся носом в плечо Пожара.
-Я тоже, - ласково ответил тот, ероша жесткие волосы. - Как тут у вас, все нормально?
-Ага, - Саня кивнул. Вот, ужин готовлю. Ни черта не получается.
-Ничего-ничего. Сейчас Снежок к печке встанет, он это дело любит. Мигом сварганит.
Они тоже прошли в комнату. Там царила суета, в основном усилиями Шурика, выкладывающего из сумки всевозможные припасы, продукты, бутылки и пакеты и бурно радуясь всему. Снежок, уже сноровисто переодевшись и накинув на себя кухонный фартук, устремился в кухню и со словами: "Ну, показывай, что ты там настряпал", увлек за собой Сашку. Пожар, опустившись на диван, поговорил с Юрой о текущих делах в их среде. Юра, будучи весьма осведомленным человеком, рассказывал Пожару последние новости и сплетни из жизни тусовки.
-А где Бушлат-то? - спросил Пожар. - Поди, опять на дело пошел? И принесет он тебе в очередной раз какой-нибудь зипунишко с чужого плеча. А ты будешь рад, как ребенок и убеждать всех, что эта вещь стоит громадных денег. Да?
-А...- беспечно махнул рукой Юра, совершенно не обращая внимания на подначку. - Отдавать его надо в хорошие руки. Жрет за троих, а толку нет. Кочевряжиться стал последнее время что-то. И не узнаю его прямо. Есть у меня на примете "наш" один. Ему неиспорченные натуры надо. Как думаешь, Бушлат сойдет за неиспорченного?
Пожар изумленно посмотрел на Юру и весело расхохотался.
-Бушлат? И неиспорченный? Да у него там в футбол играть можно! О ты даешь! - восхищенно протянул он.
Как бы то не было, но сообща, усилиями двух Сашек, один из которых звался Снежок, а другого называли Ячменем (от фамилии - Ячменев), ужин был готов. Кухонный стол был выдворен на середину. Посредине возвышалась литровая бутыль водки в окружении всевозможных разносолов. Разговор за столом тек плавно и непринужденно. Шурик с Ячменем наперебой рассказывали свои новости. Им вторил Юра. Сашка от выпитой водки раскраснелся и смотрел на Шурика влюбленными глазами. "И что это на меня нашло? - раздумывал он, слушая Шуриков треп. - Вот оно - мое счастье. Рядом. Только руку протяни. И, причем, мое, и ничье больше. И зачем мне этот Баранов? Тем более в части, где я у всех на виду. Нет, прав все-таки Пожар, когда говорит мне, что со своими в части - ни-ни! Как бы не хотелось. И вправду. Здесь лучше. И уютнее. И удобнее. Здесь я могу, наконец, чувствовать себя тем, кто я есть на самом деле. Это главное!" События последней ночи как-то померкли и отдалились. И уже Вовчик не казался Сашке желанным идеалом. И вчерашний сон - не таким уж и реальным. Реальность была здесь. Реальность сидела рядом. Реальность можно было потрогать рукой. Да чего там потрогать, руку можно было положить на плечо, можно было погладить, обнять. Здесь можно было делать все то, о чем в части только мечтал. Делать смело, не боясь быть осмеянным.
В отношениях с Шуриком Сашка больше всего ценил то, и гордился тем, что Шурик принадлежит только ему. Из рассказов Юры, который находился с пацанами постоянно, он знал, как некоторые Юрины друзья-приятели домогались Шурика. И даже предлагали тому деньги. Но Шурик никогда себе не позволял в общении с такими приятелями ни капли лишнего. И деньги от них не брал. Конечно, Сашка знал, что Шурик встречается с какими-то там телками и даже тратит на них имеющуюся у него наличность, которую исправно получает от Сашки. Ревность по этому поводу была, а как иначе? Но это была не настоящая ревность. Это была ревность с примесью некой толики гордости - вот, смотрите, мой Шурик еще и с девками может. Значит, нравится он им. Но со мной ему все равно лучше!
Ужин, меж тем, подошел к концу. Водка выпита. Пора было укладываться на боковую. Квартира была двухкомнатная. В спальне расположились Пожар с Ячменем - на хозяйской кровати. В зале легли Сашка с Шуриком. А сам хозяин, притворно ворча про старческие кости, устроился в кухне на раскладушке.
-А я по тебе соскучился, - заявил Шурик, едва они погасили свет и остались одни.
-И я! - прошептал Сашка, прикоснувшись губами к уху Шурика, такому маленькому и нежному.
-Ну почему ты не можешь приезжать чаще? - обиженно спросил тот.
-Ты же понимаешь, Шуронька, служба у меня такая. - Сашка помолчал. - Вот, в сентябре у меня отпуск. Махнем с тобой куда-нибудь. А?
-Куда? - было видно, что Шурик не на шутку заинтересовался.
-Да какая разница. Лишь бы одни. Вдвоем. Ты и я...
-А куда поедем-то? Давай в Сочи! Или в Болгарию!
Сашка поперхнулся.
-Ну у тебя и запросы, дружок. Чего ж не на Канары?
-А у тебя на Канары денег не хватит, - просто ответил Шурка.
-У меня и на Сочи их тоже не хватит, - мгновенно ответил Сашка. - Вот будет отпуск, будем думать. А сейчас еще рано об этом, - и он, повернувшись к Шурику боком, положил свою руку тому на грудь.
Шурик молчал, неподвижно глядя в потолок. А Сашка упивался его телом - таким молодым, красивым, сильным. Которое принадлежало только ему! Ему одному! Но Шурик его восторгов не разделял. Он повернул свою голову к Сашке, и как бы извиняясь, проговорил:
-Саш, я, наверное, водки сегодня много выпил. Чего-то не стоит у меня. Может, и спать хочу.
-Говорил я тебе сегодня за столом, чтоб не пил много, даже рюмки забирал. Но ты же уперся - "нормально, нормально", - передразнил Шурика Саня. А теперь говоришь "не стоит". Ладно, сейчас поднимем.
Такая вот прелюдия в их отношениях повторялась практически всегда. Шурик был очень тяжел на подъем и иногда Сашке требовались поистине гигантские усилия, что бы хоть немного расшевелить его. А, расшевелив, Сашка находился на седьмом небе от переполнявшего его счастья, не контролируя эмоции. Шурик, меж тем, выполнял свою работу чисто механически, как робот. Сашка никогда не слышал от него ни вздоха, ни мало-мальского стона. Это его бесило. И он часто после проведенной с Шуриком ночи, высказывал ему свои обиды. Тот лишь виновато пожимал плечами и стандартно отвечал, что по-другому он не умеет. Вот и в этот раз все повторилось по предыдущему сценарию. Сашка, не отдавая себе отчета, кричал. Шурик зажимал ему рот ладонью. Оба взмокли, но были рады и довольны. Причем, довольство Сашки было порождено вполне определенными причинами. Шурик же был доволен тем, что в очередной раз сумел исполнить свой долг. Да. Сашка прекрасно осознавал это. Он видел, что такого рода секс Шурику в тягость. Он прекрасно отдавал себе отчет, почему, вернее из-за чего Шурик с ним. Знал и бесился. Внутренне бесился. Злился на себя и на Шурика. Но ничего поделать с собой не мог. Его тянуло к этому пацану. Он его хотел. И, самое главное, осознание, что Шурик принадлежит только ему и никому больше, грело душу. Конечно, Сашка был эгоистом в этом плане, да еще и каким. Но если бы кто-нибудь озвучил вслух его мысли, он бы яростно не согласился.
"А ведь получается, что люблю его только я. А он.... Сейчас начнет деньги просить", - с холодной отчужденностью подумал Сашка, стоя под душем. Насухо вытершись полотенцем, он вернулся на диван. Шурик не спал. Так же неподвижно он лежал на спине и смотрел в потолок. В темноте глаза его влажно поблескивали.
-Так куда мы поедем в сентябре? - повернул он свое лицо к Сашке, едва тот улегся рядом.
-Не знаю, - вполне искренне ответил Сашка.
-А сколько у тебя будет денег на эту поездку?
-Тоже не знаю. Сколько мне отпускных насчитают.
-Отпускных, - протянул Шурик. - Мы ж хотели с твоих отпускных мне формовку норковую купить. Тогда на поездку ничего не останется.
Сашке были неприятны эти разговоры. "Вот, Вовчик Баранов, тот бы о деньгах наверняка не заикнулся бы", - кольнула в мозгу мысль, но Сашка поспешил прогнать ее. А вслух же устало сказал:
-Ладно, Шурка, давай спать. Утром поговорим. Идет?
-Ну ладно... - в темноте Сашка почувствовал, как Шурик надулся, но тут же живо спросил. - Сашок, ты мне завтра сотенки полторы не дашь. А то струны у гитары надо заменить. Да и башмаки хорошие я присмотрел.
Санька немного оторопел - у него для Шурика был приготовлен всего полтинник. Но говорить об этом сейчас ему не хотелось. Впереди было еще раннее утро - а утром у Шурика настроение в прямом и переносном смыслах было о-го-го! Так что Саня дипломатично сказал:
-Ну там видно будет. Сейчас спать давай, - и обняв Шурика, удобно устроился у него на груди.
"Если что, у Пожара завтра займу", - с такой мыслью Сашка постепенно погрузился в сладкий сон.
***
Утром было все как обычно. Как это бывало неоднократное количество раз. Купили пива. Сообща его попили. Пожар собрался к родителям, жившим неподалеку. Надо было забрать в часть сынишку и затариться огурцами-помидорами из погреба. С Сашкой они договорились встретиться на вокзале, у нужной электрички. Напоследок Снежок, увел Пожара в угол прихожей и выпросил у него сотку для Шурика.
-Совсем тебя скоро твой кабальеро по миру пустит, - тараща глаза, сказал Пожар, но деньги все-таки дал, укоризненно покачав головой.
Остаток дня прошел в благодушном спокойствии. Снежок смотрел телевизор вместе с Шуриком, уютно устроившись рядом с ним и положив голову на плечо. Шурик молчал, изредка поглаживая Сашку по волосам. Юра, одевшись, ушел на улицу - к каким-то своим знакомым за свежими новостями и сплетнями. Ячмень, перемыв всю посуду и наведя порядок, проводил Пожара до его дома, и вернувшись, валялся в соседней комнате на кровати с книжкой в руках.
Подошло время собираться в часть. Сашка, не меняя позы, сообщил об этом Шурику. Тот приобняв Саню за плечо, крепко сжал его. Сашка потянулся было к шее, но Шурик легко отстранился и показал знаками на спальню, где лежал Ячмень.
-Ерунда, - прошептал одними губами Сашка. - Мы дверь закроем.
Шурик отрицательно покачал головой.
-Не могу я днем. Непривычно.
И в самом деле - занимались сексом Сашка с Шуриком всегда либо ночью, либо ранним утром. В иное остальное время Шурик был непробиваем. "С бабьем своим поди в любое время дня и ночи трахается", - неприятно кольнула мысль. Но Сашка мотнул головой, как бы отгоняя ее, и легко поднявшись с дивана, стал неторопливо собираться. Шурик же остался лежать, молча наблюдая за Сашкиными сборами.
-Сколько ты там у меня просил-то? - спросил Саня уже в коридоре, поманив туда Шурика, словно забыв его ночную просьбу.
-Полторы, Сашенька, - встрепенулся тот.
-Держи, - и Сашка протянул ему деньги. - Только смотри не пропей!
-Спасибочки! - и Шурик повис у него на шее.
Сашка попытался было губами найти губы Шурика, но тот неожиданно легко увернулся и виновато сказал:
-Ну ты же знаешь, я не люблю всего этого, - и он сделал неопределенный жест в воздухе.
-Ну и дурак, - ответил ему Санька, обуваясь в коридоре.
-Сам знаю, - в тон ему ответил Шурик, весело щерясь. - Ячмень, Санька уходит. Прощаться будешь? - крикнул он в проем соседней комнаты.
Немедленно появился Ячмень - хмурый и строгий. Но, посмотрев на обутого Сашку, скупо улыбнулся ему и протянул руку:
-До встречи! Когда приедете? На выходные или раньше?
--На выходные, Сашка, - ответил ему Саня, улыбаясь в ответ.
-Пожару там еще раз привет от меня передай, хорошо? - спросил тот.
Сашка кивнул.
-Конечно! - и повернулся к Шурику. - И с тобой давай прощаться, чудик мой!
Шурик улыбнулся и крепко пожал протянутую ему руку.
-Я тебя буду ждать. Приезжай обязательно. В пятницу, - напомнил тот.
-Приеду-приеду, куда ж я от тебя денусь, - ответил ему Сашка и вышел на улицу.
***
В вагоне электрички уже сидел Пожар. У ног его стояла громадная сумка, а рядом на лавочке сидел сынишка - карапуз лет четырех - и с аппетитом поедал мороженое, болтая ногами.
-Прощание было долгим и продолжительным, - с жаром процитировал Пожар. - Поди, без слез дело не обошлось.
-Нет, обошлось. Но в пятницу обещался быть как штык.
-Значит, будешь. Как там мой? - спросил Пожар, чуть понизив голос.
-Лежит, книжку читает, передавал тебе привет.
Пожар легонько вздохнул и повернулся к окну. Двери захлопнулись, электричка с лязгом тронулась. Мысли о части, о предстоящей трудовой неделе как-то потихоньку стали вытеснять из Сашкиной головы воспоминания о приятно проведенных выходных. Вспомнился и Вовчик Баранов. И Сашка подумал о нем уже не так отстраненно, как накануне ночью. Подумал и внутренне поморщился - ведь он хотел рассказать о нем Пожару. Разумеется, рассказывать было совсем не обязательно. Но если Пожар узнает о Сашкином соседе от третьих лиц - от того же Налима, например, то страшно обидится и, более того, заподозрит неладное в Сашкином к нему отношении. Саня прекрасно понимал Пожара. Все в части знали, что они дружны между собой. И если Санька, образно говоря, окажется "паршивой овцой", тень неизбежно упадет и на самого Пожара. А он за своей репутацией следил очень даже тщательно, и это волнение за Сашку имело под собой вполне конкретные причины. Он прекрасно знал, что Санька очень слаб в этом плане. И что кликни его какое-нибудь симпатичное создание, он, не раздумывая, бросится к нему. Сломя голову, и забыв про все на свете. Поэтому Пожар по мере сил стремился оберегать Сашку от таких контактов и всегда старался курировать его. Сашка это знал, видел, и за эту докучливую назойливость на Пожара не обижался, а даже, наоборот, где-то был и признателен ему.
Он покосился на Пожара, задумчиво глядевшего в окно. Сын его сидел на коленях, и так же как и отец, не отрывал взгляда от заоконного пейзажа. "Как сказать-то ему?", - с тоской подумал Сашка и не придумал ничего лучшего, как с ходу брякнуть:
-А ко мне квартиранта подселили.
Пожар резко обернулся к нему, чуть было не свалив сына с коленей. Пацан удивленно посмотрел на папу и перевел такой же взгляд на Сашку.
-Какого квартиранта? Как фамилия? - резко спросил Пожар.
-Да не волнуйся ты. Все нормально. Он парень хороший. Я с ним особо-то и не общался, - ответил Сашка, пропуская вопрос о фамилии.
Но Пожара просто так провести было трудно. Он с подозрением уставился на Сашку.
-Фамилия-то как? - повторил свой вопрос.
-Баранов, - глядя невинными глазами на Пожара ответил Саня.
Пожар тяжело вздохнул и неожиданно погладил сынишку по голове.
-Папа, я еще молозеное хочу! - сынишка задрал вверх симпатичную мордашку.
-Потерпи Егор до дома. Там мама тебе купит. Лучше, вон, смотри, из леса сейчас лисичка-сестричка выбежит.
-Где? - Егор напряженно стал всматриваться в мелькающие за окном деревья.
Пожар исподлобья посмотрел на Сашку.
-Ну и что делать думаешь?
-Но только не то, что ты подумал, - огрызнулся Санька. - Уж в постель его волочь не собираюсь.
-И за это спасибо, - устало ответил Пожар. - Ты, поди, когда с похмелья ко мне в дежурку явился, с ним пил всю ночь.
Сашка сник. Его запал куда-то весь пропал.
-С ним. Еще с Налимом и с Аникеем.
Пожар кивнул головой, как бы в подтверждении своих мыслей. Сашка молчал, ожидая, что он скажет дальше. Молчал и Пожар, задумчиво глядя в глубину вагона.
-Ты знаешь, Саша, - сказал наконец он каким-то бесцветным голосом. - Я больше не буду тебе ничего говорить. Никогда. У тебя своя голова на плечах есть. Да и не маленький ты, почитай мой ровесник. Тебе самому решать. Что делать, как делать и с кем, - он помолчал. - Только одно тебя прошу. Когда ты что-нибудь замыслишь, что-нибудь захочешь, подумай. Прежде всего, хорошо подумай. Прошу тебя! Я понимаю, ты силен задним умом, как и любая женщина. Ну-ну, не надо на меня обижаться, сам говорил. Так вот. Прежде чем совершить опрометчивый поступок, подумай. Ладно, не о себе - сам с собой ты наверняка разберешься. Вот о нем подумай, - Пожар кивнул на Егора. - Мне придется уйти из этой части. Понимаешь? Уйти. А куда - я не знаю...
-Да ты что, Пожар?? - прервал его не вытерпев Сашка. И столько искреннего изумления было в его голосе, что Пожар, и тот, невольно улыбнулся. Ты что, хоронить себя собрался что ли? Как заупокойную какую-то, честно.... Да не собираюсь я с этим Бараном никаких шашней разводить, нужен он мне. Ты же знаешь, кто у меня есть и знаешь, как я к нему отношусь...
-Не знал бы, не говорил я так, Санька, поверь! - устало ответил ему Пожар. - Я вижу как ТЫ к нему относишься, и как ОН к тебе. Поэтому, и предостерегаю тебя. А! - он вдруг неожиданно махнул рукой. - Чему быть - того не миновать. Что я хотел тебе сказать, я сказал. Остальное - тебе решать.
Санька удивленно и немного растерянно посмотрел на Пожара - такой реакции он от него не ожидал. У него даже создалось такое впечатление, что Пожар смирился с этой ситуацией и плюнул на него, махнув рукой. Было даже малость обидно - как же так? Где эти вечные нравоучения, к которым Санька успел привыкнуть. Где всяческие предупреждения. Где же, наконец, неизменные подзатыльники, которыми Пожар любил щедро одаривать Сашку. Вместо этого - усталое равнодушие. Но Пожар не был бы Пожаром, если не повернувшись к Сашке хитро посмотрел на него и с ехидцей в голосе сказал:
-Ну а в гости я к тебе заскочу. Посмотрю, как устроился твой новый протеже. И ты, заодно.
-Когда?
-Да завтра, наверное. Часиков в шесть. Так что жди.
-Ну ты для меня всегда желанный гость, - протянул насмешливо Сашка. - Милости просим!
-Ладно-ладно, не выкаблучивайся. Прапорщик ты наш!
***
Дни потекли на редкость однообразно. Дом, работа. Работа, дом. И так без конца. Но было в этом однообразии одна приятная для Сашки вещь. Это был конечно Вовчик Баранов! Сашка начинал чувствовать, что у него в душе к этому славному пареньку просыпается нечто большее, чем простая симпатия. Это была тяга. Болезненная тяга к Вовчику. Сашка сдерживал себя как только мог, из последних сил. Он старался как можно реже смотреть на него. Видеться с ним. Потому как когда они находились вместе, Сашка не мог оторвать взгляд от Вовки. Он любовался всем. Буквально всем. Вот Вовчик повернул голову и посмотрел в окно. Какая тонкая и красивая шея! Какой изгиб! Вот он улыбнулся своим мыслям. Какая добрая и замечательная у него улыбка. Вот, прошелся по комнате. Упругая спортивная походка. Подтянутая фигура. Вот раздевается, собираясь ложиться спать. Сашка в изнеможении закрывал глаза. Только чтоб не видеть его тело - такое свежее, сильное, манящее к себе!
Он чувствовал, что сходит с ума. Еще немного - и он не удержится. Вовчик снился ему очень часто. Снился по-разному. Сашка был рядом с ним, ему было приятно. Так хорошо и спокойно, как еще никогда и ни с кем. Утром Саня сжимал кулаки, чтоб только не смотреть на спящего Вовчика, чтоб только не дать ночному буйству фантазий вырваться наружу.
Помогало ему еще и то, что рядом был Пожар. А, может, и не помогало, а только мешало. Сашка не знал, что лучше. Но надо отдать должное Пожару - он видел, что твориться в душе у Саньки. Он уже больше не предостерегал его, не читал ему моралей и нотаций. Он просто старался увести Сашку подальше от Вовчика. Загрузить его чем-нибудь. Чем - не важно. Лишь бы Сашка поменьше думал о нем. Пожар довольно часто тащил Саньку к себе домой после службы и оставлял там ночевать. Всячески поощрял его выезды в город, к Шурику. Да чего там поощрял - он буквально выталкивал Сашку за пределы части. Именно, что выталкивал. Сашка ехать в город не хотел. Мысли о Шурике, всегда с радостью ждущим его, были уже не такие радостные и желанные. Более того, находясь в части, Санька о Шурике даже и не вспоминал. А только очутившись на пороге Юриной квартиры, окунался в окружающую его реальность. Окунался нехотя, с большим сожалением. Ему вдруг стали ненавистны многие черты в Шурике, которые раньше казались такими милыми. Неизменная улыбка раздражала. Кряжистая походка, которая раньше так очаровала Сашку, сейчас вызывала лишь усмешку. А Шуриково постоянное нежелание заниматься сексом - наоборот - уже не вызывало яростных протестов. Ласкал его Сашка уже больше по привычке. Делал это с закрытыми глазами, изо всех сил представляя, что рядом с ним не Шурка, а Вовчик, такой чуткий, такой хороший, такой... его!... Запах свежей земляники....Тот самый, что он помнил в первую ночь... Сильные чуткие руки....Кстати, анализируя свое поведение тогда, когда они отмечали новоселье, Санька пришел к выводу, что все-таки это был сон. Сон, в котором желаемое было выдано за действительное. Да и наблюдая за Вовчиком, Сашка не заметил никаких изменений в его поведении. Такое же ровное, с небольшой долей уважения к Саньке, как к старшему. Только и всего.
Ожидаемого сближения с Вовчиком не выходило. По вечерам они с Налимом подрывались в город и гуляли там почти до самой ночи, до последней электрички. "Что им, дело молодое, ветреное! - гудел уважительно в усы Аникеев. - Я и сам такой же был после училища. В общаге не сидел. Пиво, девчонки - хорошо!", - и он с опаской косился в сторону жены. А у Сашки болезненно сжималось сердце. Его Вовчик гуляет с кем-то, но не с ним. И получает он ласку от чьих-то рук, но не от его.... От такой несправедливости хотелось орать на весь этаж благим матом. Но вместо этого Сашка с разбегу бросался на кровать и от бессильной обиды вцеплялся зубами в подушку...
Поздно вечером приходил Вовчик - довольный, веселый. Радостный, открытый. От него пахло такой свежестью, таким неунывающим юношеским задором, что Сашка и сам поневоле улыбался. А однажды он заметил на щеке у Вовчика не до конца стертый след от губной помады. По сердцу будто серпом полоснуло. Будто с размаху окунули тебя в прорубь. Сжав кулаки, Санька отвернулся. Только чтоб не заметил этого Вовчик. Того, как он изменился в лице. Только бы не заметил!
Вовчик никогда не рассказывал о своих похождениях. Да и Сашка старался не проявлять излишнего любопытства. После таких рандеву Вовчик с жадностью набрасывался на еду, не переставая улыбаться открытой и загадочной улыбкой. "Наверное, переживает все свои приключения по новой, - думал Сашка, глядя на него. - Зачем тебе, милый, все это? Зачем? Вот он я - рядом сижу! Я тебе смогу дать такое, что ты разом забудешь о своих девках. Только позови!". Но никакого зова не было и в помине. Вовчик даже и не догадывался о той буре, что творилась в душе у Сашки. Да и не до этого ему было - его вечерние приключения постепенно перерастали в ночные. Он не пришел однажды ночевать. Сашка чуть с ума не сошел, рисуя в сознании картину одна страшнее другой. Но на утро, когда Санька досматривал очередной приятный сон, дверь тихонько отворилось и в комнату на цыпочках прокрался Вовка - усталый, немного помятый, но страшно довольный. Постепенно такие отлучки становились все более частыми. Один раз Санька было спросил, где он пропадает по ночам. На что Вовчик безмятежно ответил, что в городе ночью так много разных развлечений, только выбирай. Вот они с Налимом и выбрали. И познакомились в городе с двумя "классными телками", которые могут и умеют делать буквально все! Лучше бы Сашка не спрашивал. Лучше бы молчал. Злобная болезненная ревность к невидимым шмарам захлестнула его с головой. Да так, что, наверное, он изменился в лице. Потому как Вовчик лишь удивленно поглядел в его сторону и поспешно отвел взгляд.
"Что мне делать? Что? Я уже больше не могу.... Боюсь.... Не сдержусь... Страшно. Страшно и приятно. Но как ему сказать? Как? Да и надо ли?"...
***
-Что мне делать, Пожар? Что?
-Неужели это так сильно, Снежок? Хотя, что я спрашиваю.... По тебе, вон, видно. Даже осунулся весь. - Пожар помолчал и с улыбкой добавил. - И глаза уже не блядские, а влюбленные.
-Потому что люблю я его! Люблю! Как ты этого не понимаешь? - голос Сашки сорвался на крик.
-Тише ты... Что, совсем уже ополоумел? Перегородки фанерные, забыл что ли?
-Плевать... - Санька устало махнул рукой.
Разговор их происходил в штабе. В Сашкином кабинете. Пожар, как обычно, сидел на подоконнике, и быстро затягиваясь, курил уже вторую сигарету. А Сашка, и в самом деле осунувшийся, взад-вперед мерил шагами тесный кабинетик. Пожар выкинул недокуренную сигарету и в раздумье посмотрел на кроны деревьев, обступивших штаб со всех сторон. Разгулявшаяся осень уже вовсю позолотила листья. Тихо. Спокойно.
-Ну о том, чтобы ему что-то сказать, об этом и речи быть не может, - решительно начал Пожар. - Это кабздец всему. И тебе. И мене - рикошетом. Я думаю, тебе надо перебороть в себе это. Пускай перегорит. Нужно только время.
-Да как? Как мне это пережечь? Если я на него смотреть равнодушно не могу. Если я его ревную к каждому столбу! - Сашка опять начал заводиться. Но дойдя до стола, обессилено рухнул в кресло и уронил голову на стол. - И ты знаешь, как бы ты не говорил, я чувствую, что я на грани.... Еще немного - и я не сдержусь! - раздался его глухой голос. - А ты говоришь, время...
-Отпуск, - односложно сказал Пожар.
-Бесполезняк. Гоша-Гоша не отпускает. В ноябре же проверка из Москвы. Говорит, после нее. Работы сейчас в штабе много. Списки, бумаги, формуляры - обычная муть, одним словом...
-Хреново. Тогда я вижу только один выход.
Но Санька, не слушая его, продолжал:
-Ты знаешь, как меня Шурка задолбал с этим отпуском. Да и не столько с отпуском, сколько с отпускными. Ты прикинь, я уже туда чисто по привычке езжу. Я уже не хочу туда. Видеть его наглую блядскую рожу, постоянно просящую денег.... Надоело!
-Да...Прав был я.... Да и Юра тоже, - как бы сам с собой в раздумье протянул Пожар. Короче, с Шуриком мы разберемся. Надо, наверное, выселять его. Тебе он опротивел. Я от него никогда в восторге не был. Юре он по барабану. Решено! Тебе мы нового найдем. Не волнуйся! Во сто крат лучше Шурика, да и Баранова твоего тоже.
-Лучше Вовчика не будет. Его бы туда привести, - мечтательно проговорил Сашка.
-Что, совсем охринел?
-Не охринел, а влюбился. - Было заметно, что Сашка успокоился. - Что ты там гутарил про последний выход?
-А-а-а. Переселяться тебе надо. От него подальше.
-Куда? - испуганно спросил Сашка.
-В поселке можно квартирку однокомнатную выбить. Какого-то майора из пехотуры переводят в Европу. Хата освобождается. Только грызня из-за нее уже начинается. Но если постараться... - и Пожар выжидательно замолчал.
Жить в поселке всегда считалось намного престижнее, чем в самом гарнизоне. Там жило все гарнизонное начальство, включая и Санькино с Пожаром тоже. Да и даже сам Пожар только одному ему веданными правдами-неправдами сумел там получить скромную однокомнатную квартирку год назад. А тут целую квартиру, да и для одного прапорщика. Причем, одинокого. Примерно так Сашка и высказался с сомнением в голосе.
-А соседом у тебя на площадке не кто иной, как Гоша-Гоша. Вот и действуй.
-Хм...- протянул Сашка, так как это многое меняло. - Можно попытаться. - Он опять поднялся и заходил по кабинету. Пожар закурил третью сигарету.
-Только не хочу я, Пожар! Не хочу от Баранова уходить. Понимаешь?
-Да ты что, совсем идиот конченный? - не на шутку рассердился Пожар. - Тебе такое предлагают. Почти как на блюдечке с каемочкой. Только к Гоше-Гоше подойти. А ты... "Баранов, мой Баранов", - передразнил Сашку Пожар. - Носишься со своим Барановым, а тот на тебя чихать хотел. И вообще, он жениться надумал. А у тебя до сих пор глаза как в тумане. Прекращай мне этот балаган. Будто не в армии ты, а в....борделе каком-то! - выпалил в сердцах Пожар и замолчал.
-Откуда знаешь, что Вовка жениться собрался? - Сашка остановился вплотную перед Пожаром.
-А-а-а... - махнул рукой тот. - Налим твой мне рассказывал. Как-никак бок-о-бок работаем. И Баранов, и он сам скоро тю-тю.... Уйдут от вас. К законным женам.
-Вот, значит, как... - Сашка помрачнел. - А на кой мне тогда переселяться?
-А на той, что, боюсь я, глупостей ты за это время понаделаешь!
-Не наделаю, - усмехнулся Сашка. - Ты не дашь. И так меня как наседка опекаешь.
-Ну вот мы подошли и к главной теме нашего разговора, - Пожар как-то торжественно посмотрел на Саню. - Придется тебе самому себя опекать. Я в командировку улетаю. Завтра.
У Сашки пропал дар речи. Он рухнул на стул и немалым изумлением уставился на Пожара.
-Ты? В командировку? Никогда ж не ездил. Куда? На сколько?
-Не ездил, потому как я человек в ТЭЧ незаменимый, - улыбаясь, ответил Пожар и продолжал. - А сейчас Кандышева - Налима твоего могу за себя оставить. Парень он ничего. Соображает. А полечу я в Иркутск - в сорок седьмую.... К ним там новые БМ-ки пришли. И скоро к нам поступят. Вот и лечу перенимать опыт. Командир так решил, я что? - отвечая на недоуменный взгляд Сашки закончил Пожар.
-И на сколько? - выдавил из себя Саня.
Пожар заметно помрачнел.
-На две недели подписал, собака. Так что вот так...
-И ты что - завтра и летишь?
Пожар обреченно кивнул головой.
-Даже к Юре съездить не успею, попрощаться. Ты в эти выходные обязательно к нему приедь. Объясни что к чему. Да и Саньку моему горячий привет передай. - Пожар помолчал. - Ну а с Шуриком будем разбираться, когда прилечу. Пусть пока живет. Надеюсь, он тебе еще не сильно опротивел? Ну ладно - это мелочи! Гораздо больше я боюсь, чтоб ты тут без меня глупостей не наделал. А, Сашенька? - и Пожар, быстро соскочив с подоконника, легонько приобнял Саньку, заглядывая в глаза.
Сашка молчал, ни словом, ни вздохом, не обозначив свое отношение к происходящему.
-Эх-х-х, не вовремя я уезжаю, не вовремя! - досадливо чертыхнулся Пожар. - Боюсь я за тебя....
-Да ладно, Пожар! Уж две недели я как-нибудь потерплю. Глупостей не наделаю. Обещаю.
-Самое главное, Сашка, ты только не пей с ним. Ты, когда выпьешь, себя контролируешь мало. Ой, тогда делов наворочаешь! Обещай, что пить не будешь! За остальное я спокоен.
-Обещаю, - твердо сказал Санька и посмотрел в глаза друга.
***
Уже два дня, как улетел Пожар. Сашка себя чувствовал как-то неуютно, не по себе. "Вот ведь как бывает.... Когда рядом человек, вроде и не замечаешь его присутствия, вроде и привычно все. Как будто так и должно. А уехал.... Сразу понимаешь, как стало его тебе не хватать", - размышлял Санька по пути к Юре.
Там все произошло как обычно. Радостные вопли Шурика, улыбки Юры. Только один Ячмень был чернее тучи, и даже отказался ужинать со всеми. Никакого удовольствия от проведенного у Юры уик-энда Сашка не получил. И хотя в эту ночь Шурик был как никогда настойчив и охоч (словно чувствовал что-то), Сашка былого кайфа не испытывал. Так себе. На месте Шурика он представлял себе неизменного Вовчика и только благодаря этому сумел хоть как-то разрядиться.
Утром, дав Шурику обязательный полтинник, он поспешил распрощаться, чем немало удивил Юру - с утра Сашка еще никогда не уезжал. Но он рвался в часть. Туда где был Вовчик. Его любимый, его желанный Вовчик Баранов. Сашка знал точно, что сегодня днем тот будет дома. Погода была дождливая, злой ветер, казалось, пронизывает до костей. Какая в такую погоду гулянка. Да и у Вовчика теплых гражданских вещей на осень не было. Он ждал, когда ему дадут увольнительную на четверо суток, что бы съездить домой за вещами. А пока приходилось сидеть дома и коротать дни за Саниным компьютером, к которому тот имел неограниченный доступ.
***
-Ну и погодка сегодня, - сказал с порога Санька, отряхиваясь от воды.
Вовчик сидел за компьютером и напряженно двигал мышкой. На Сашкин голос он обернулся, и весело улыбнувшись, спросил:
-Ну как съездил к своей пассии?
Сашка неизменно говорил всем, что на выходные он ездит в город к своей девчонке.
-Да как? Нормально! Тоже дома сидит, к сессии готовится.
Врать обо всем этом уже настолько вошло у Сашки в привычку, что он делал это не задумываясь - легко и непринужденно.
-А моя в деревню к родителям уехала, - сказал Вовка, вставая из-за компьютера и с хрустом потягиваясь.
Сашка вперил взгляд в его фигуру, но тут же поспешно отвел глаза, судорожно сглотнув слюну.
-Погода и в самом деле дрянь, - продолжал меж тем Вовчик. - И холодно и скучно. Колька в парке. За твоего Пожара пашет, отдувается. У меня такое впечатление, кстати, что Пожару его ТЭЧ глубоко по фиг. Я вот никогда не видел его рядом с техникой. А Колька - тот постоянно в грязи, да в масле приходит. Потом в душе по часу отмывается.
-Ты просто Пожара не знаешь, - ухмыльнувшись, ответил ему Сашка. - Тот в свое время еще грязнее был. Когда только начинал. А сейчас - он на то и командир, чтоб подтянутым ходить. Пример подчиненным показывать.
-Да-а-а, - неопределенно протянул Вовчик. - В такую погоду только дома сидеть и пиво пить, засунув ноги в таз с теплой водой. Или с какой-нибудь биксой весь день в постели провести. Я бы от второго не отказался, - мечтательно сказал он.
-А я бы от первого, - в тон ему ответил Сашка.
-Ну понятно... Ты только что от своей. А тут уже за полдня все надоело. И телек, и компьютер. Уже не знаешь куда себя деть.
-Ты обедал? - спросил Сашка, распаковывая сумку.
-Не-а, неохота что-то, - лениво ответил Вовка, снова потягиваясь.
-А я курицу копченую купил. Будешь?
-О-о-о, конечно буду. Эта штучка вкусная, - ответил Вовчик, с интересом подходя к столу.
-Слушай, Саш! А давай под эту курочку пивка возьмем? Немножко. Бутылочки по три.
-Я-то не против. Только кто за ним пойдет? - спросил Сашка, внутренне обрадовавшись.
С Вовчиком совместные посиделки были для него редкостью - тот предпочитал общество своего друга Кольки-Налима. И попить просто так с Барановым пива, вдвоем - для Сашки это было предел мечтаний.
-Да я и сбегаю. Это не долго. Все равно засиделся здесь. Заодно и в парк забегу. Кольку позову. А то что-то заработался он там.
Санька внутренне поморщился - общество Налима было ему совсем не в радость. Но никуда от него не денешься. "Ладно, втроем, так втроем. Не велика беда", - подумал Сашка и кивнул головой.
***
Через сорок минут они уже сидели за столом. Налим плескался в душе, а Вовчик вовсю уплетал курицу, запивая ее пивом. Сашка чистил селедку, принесенную Вовчиком, и искоса наблюдал за ним. Ставшее уже привычным чувство опять всколыхнуло его душу. Вот он - молодой, красивый, в спортивном костюме сидит за столом. В каком-то метре от Саньки. Только протяни руку и дотронься до его упругого тела. Желание было настолько сильным, что Сашка крепко зажмурился и вздрогнул всем телом. Вовчик ничего не замечал - он был озабочен поглощением куриной ножки и важнее занятия для него, казалось, не существовало.
Из душа вышел Налим с гладко зачесанными назад волосами.
-Ну что тут у вас? Э-э-э, ты мне курицу-то оставь! - накинулся он на Вовчика.
-Да на, ты, на.... Подавись своей курицей, - ответил Вовка, улыбнувшись.
У Сашки опять все сладко заныло внутри - такая открытая и дружелюбная улыбка была у Вовчика. Ровные белые зубы. Ямочки на щеках, когда он улыбался - все это буквально приковывало к себе взгляд. Сашка опять сделал над собой усилие, и отвернувшись, поставил на стол тарелку с нарезанной селедкой.
-Ну вот. Все готово. Можно начинать! - сказал он, и пододвинув стул, основательно устроился напротив Вовчика. Налим сел между ними и оглядывая стол, недовольно пробурчал:
-Чего тут начинать? Тут уже заканчивать надо. Чего пива-то так мало взял? - обратился он к Вовке.
Тот, по-прежнему, безмятежно улыбаясь, ответил:
-А это и не я брал. У меня денег - с гулькин хрен. Это Сашка нас угощает.
-А-а-а, ну ладно, - протянул неопределенно Налим. - Давайте! - и он поднял свою бутылку. - За то, что бы быстрее кончилось это безобразие и наступило бабье лето. С огромной кучей баб! - и он весело рассмеялся.
В тон ему рассмеялся и Вовчик. Сашка лишь тонко улыбнулся. Пошли разговоры о службе. Налим, проклиная все на свете, костерил "эти балалайки", от которых он был вынужден не отходить даже в выходные. Вовчик с жаром рассказывал о предстоящих учениях, где его батарее отводилась одна из главных ролей. Санька поведал им обоим последние гарнизонные сплетни.
Пиво быстро кончилось. Разговоры постепенно сошли на нет. Вовчик задумчиво ковырял вилкой скатерть. Налим выразительно поглядывал то на него, то на Саньку. А сам Сашка внутренне боролся сам с собой.
-Ну что? Так сидеть-то долго будем? - спросил неожиданно Налим, обращаясь к Вовчику. - Выкладывай, сколько у тебя есть.
-Да ты что? До аванса еще неделя! - бурно запротестовал Вовка.
-Ну и что ты, с голода что ли помрешь? Вспомни, как в училище на десятку неделю жили. Давай-давай, доставай заначку. Я сейчас тоже принесу, - и он поспешно вышел в коридор.
Вовчик как-то виновато посмотрел на Сашку и развел руками.
-Никакого спаса нет от него, окаянного. Попала вожжа под хвост. Сейчас пока не напьется, не успокоится, - и он, поднявшись, полез в шкаф.
-Ты с нами будешь, Саня, или нет? - спросил он обернувшись.
Сашка, в это время любовавшийся его фигурой со спины, поспешно отвел глаза, что бы, ни дай бог, не выдать себя, и как бы в раздумье протянул:
-Ну можно взять бутылочку. Только одну. Хотя у нас закуски нет. Надо готовить.
На самом деле в душе у Сашки все пело и ликовало. Первый раз после того памятного новоселья, он пил вместе с Вовчиком. Они с Налимом обычно напиваться предпочитали в компании Чумы и постоянно старались перепить его, что никогда не удавалось. Но сегодня Чума был в наряде. Пить было не с кем. И перспектива приятного вечера в компании с Вовчиком как-то по особенному грела душу.
Вернулся Налим и небрежно бросил на стол деньги. Баранов, наконец-то закончивший копаться в своей одежде, подошел и протянул Налиму несколько сложенных бумажек. Налим деловито пересчитал.
-На полторы бутылки ровно. Исключая закуску. Давай, еще доставай, - кивнул он Вовке.
-Да нет у меня больше! - обиженно сказал тот.
-Врешь! - убежденно ответил Налим.
-Постойте! - подал голос со своего места Сашка. - Не гоношись ты, Колька, я сейчас добавлю.
-Так ты с нами? - улыбнулся Налим. - Ну тогда вопрос исчерпан. Жадюга! - это уже к Вовчику.
-Сам такой! - огрызнулся тот, впрочем, ничуть не обиженный.
Сашка, достав из портмоне полтинник, протянул его Налиму.
-Вот теперь порядок! - обрадовано проговорил он. А ты, как самый жадный, собирайся в сельпо! - и он ткнул указательным пальцем в Вовчика.
-Опять я? - удивленно спросил Баранов. - Я и так промок, пока тебя в этом гребанном парке нашел. И сейчас опять иди...
-Прекрати тут мне чеховскую "Чайку" из себя корчить! - прикрикнул на него Налим. - Что нам тут еще на спичках разыграть, что ли? Давай, собирайся! Можешь там еще себе мороженое купить на сдачу, - и он весело расхохотался...
***
Через полчаса гулянка возобновилась с полной силой. Отсутствие на столе закуски сказывалось негативно лишь только в начале. Хотя, совсем ее не было - что-то Сашка вынул из холодильника, что-то принес из своей комнаты Налим, похваставшись, что стибрил это у Чумы. Разговоры, как водятся, разгорались, как веселый костерок на тлеющих угольках.
Сашка чувствовал, что опьянел. В мозгу его некстати возникло предупреждение Пожара - "ты только не пей с ним. Обещаешь?". Но Сашка нетерпеливо прогнал от себя это предупреждение.
"В конце концов, я же не дурак, - лениво шевелились в сознании мысли. - На Вовчика я не полезу. Хотя....Ой, как хочется. Но - чу! Ни-ни....Тем более и Налим рядом. Вот был бы я с ним с глазу на глаз - еще быть может, не сдержался. А так... Я себя контролирую. И даже стараюсь не смотреть на него! И слушать даже не буду! Буду смотреть на Налима.... А чегой-то он так на моего Баранова уставился? А? А может быть у них что-то было....У-у-у, надо спросить. Тьфу ты черт, балбес! Спросить.... Совсем долбанулся! Все-все-все! Нет, надо мне напиться посильнее и обрубиться. Чтоб не провоцировать себя. И делов-то! Так. Еще стопочку! Эх, зараза, хорошо пошла! И еще одну! Что ты, дружок, на меня так удивленно смотришь? Что, ласточка моя? Саньку не видел? Как он лихо пить умеет. Так погляди, золотце! Да я вас обоих еще перепью! Вот!"
-Ты что это, Сашка, одну за одной в себя опрокидываешь? С горя что ли? Али с радости?
-Ты давай, Саш, поменьше на нее налегай! А то так и быстро кончится! А больше нет.
-Кто сказал что нет? - Сашка встал со стула, пьяно покачнувшись. - А это что? - и он изящным жестом выкинул на стол сотню.
-У-у-у, так нам тут до утра можно на нее пить! - восхищенно протянул Налим. Вован! Давай в сельпо!
Пока Вовчик бегал за новой порцией водки, Сашка основательно прорыгался и смочил голову под ледяной водой. Стало легче. Сознание прояснилось. Вернувшись в комнату, он тихо присел на стул. Налим строгал сало.
-Опять у Чумы позаимствовал. Убьет, коль увидит, - обернувшись к Сашке, весело проговорил Налим. - А ты, я смотрю, ничего. Пришел в себя. Молодца!
-Не-е, водку я пить больше не буду, - слабым голосом ответил Сашка. - Только пиво.
-Вован сейчас принесет. Не волнуйся!
И словно в подтверждении его слов, дверь в комнату с шумом распахнулась, и на пороге предстал Вовчик, затаренный всевозможными гремящими пакетами.
-Льет как из ведра! - пожаловался он. - Весь, на хер, промок.
И он, пройдя в комнату, быстро скинул с себя спортивный костюм и остался в одних трусах. Сашка еле слышно вздохнул и бросил взгляд украдкой на Вовчика. Ох, это тело! Его тело! Сильное, дышащее здоровьем, гладкое, литое! Опять внутри все заныло. Сашка поспешно откупорил бутылку пива и жадно припал к ней.
За столом, меж тем, опять полилась водка. Налим с Вовчиком, казалось, совсем не пьянели. Во всяком случае, Сашка видимых признаков опьянения у них не замечал. Сам он чувствовал себя несколько получше.
-А сколько тебе лет, Саня? - спросил вдруг неожиданно Налим.
-Двадцать семь, - ответил Сашка нахмурившись. - А что?
-А что ты до сих пор прапором служишь тогда?
-А кем мне быть? Старшим прапорщиком, что ли? - усмехнулся Сашка.
-Да тебе надо быть уже старлеем, как Пожар.
Упоминание о Пожаре, болезненно тронуло Саню. Поморщившись, как от зубной боли, он ответил:
-Пожар училище закончил. А я только школу прапорщиков. Немного помолчав, он, неожиданно для себя добавил. - Хотел меня отец в училище определить. В Москве. Да я тогда упирался.
-А кто у тебя отец? - как-то вкрадчиво поинтересовался Налим.
-Вице-адмирал, - просто ответил Сашка.
За столом воцарилось немое изумление. Вовчик вытаращил свои серо-зеленые глаза на Сашку. Налим, поднеся ко рту стопку водки, медленно поставил ее обратно.
А Сашку начало нести. Выпитое пиво наложилось на водку. Состояние стало легким и беззаботным. Хотелось поразить этих двух парней. Поразить, удивить. И не важно чем. Важно было то, что бы они поняли, что за важная птица их сосед Санька - простой прапор из штаба. И Сашка начал вдохновенно врать.
-Он у меня в Москве служит. В Генштабе.
-А ты-то что в этой дыре делаешь? - очнулся первым Вовчик. - Врешь, поди...
Вместо ответа Санька потянулся к шкафчику, где у него лежали фотографии, и достал оттуда единственную фотку отца. Он подарил ее ему, когда был у Сашкиной матери, год назад. На фото был изображен Санин отец - в полной адмиральской форме. На обороте имелась надпись: "Сыну Александру от отца. Будь сын настоящим человеком!". Налим с Вовчиком поочередно разглядывали фотографию.
-Похож, - наконец-то сказал Вовчик и вернул Саньке фото. Так я и не понял - почему ты еще не в Москве?
-Нечего мне там делать, - беспечно махнул рукой Сашка. - Да и мать у меня здесь живет. Куда я ее одну оставлю. Ведь с отцом она в разводе. Хотя, отец меня звал к себе. Обещал устроить. Да ну его! - Сашка врал убежденно и вдохновенно.
Парни во все глаза смотрели на него. Вовчик - изумленно и доверчиво. Налим - с непонятной ехидцей.
-Мне бы такого отца... - мечтательно протянул Вовка.
А Налим насмешливо, и в то же время серьезно, сказал, обращаясь к Сашке:
-Сам не хочешь, мне бы помог перебраться в первопрестольную. А то пропаду я в этом захолустье.
-И я! - поспешил добавить Вовка.
-Да вы что, мужики! - искренне удивился Сашка. - Если у меня отец в Генштабе и связи у меня самого есть в Москве - это ж ничего не значит. Чтобы мне вас рекомендовать, надо узнать получше. Я же вас совсем не знаю. Вот, год назад, я майору Головлеву перевод туда оформил. Так я его знал хорошо. - Саня промолчал. - Хотя, знаете где он сейчас служит? Думаете, в Генштабе? Нет, в Егорьевске - а это не в самой Москве. И ютится в общаге с семьей и ребенком. А здесь хату двухкомнатную имел. То-то! А вы говорите, перевод...
-Да мне один хрен - лишь бы около Москвы! - в сердцах воскликнул Вовчик. - Там-то уж можно развернуться.
А Налим задумчиво вертел в руках пустую рюмку.
-Нас не знаешь, говоришь. Так это дело не долгое. Узнать нас не сложно, - и он поднял свои глаза на Саньку.
Сашка, до этого вравший совершенно без задней мысли, немного испугался. Было в этом взгляде что-то пугающее. Как будто Налим знал Сашкину тайну и только по неизвестным пока причинам, скрывал это от всех. "Опасность, опасность!", - красной лампочкой вспыхнула в Сашкином сознании мысль. "А, ерунда! - меж тем пьяный голос продолжал его убеждать в обратном. - Откуда ему знать обо мне? Ух, как я их поразил в самое сердце! Ха!", - и Саня улыбнулся. Налим опустил глаза и через минуту уже разливал водку.
-Ну давайте выпьем за то, что бы наши желания всегда совпадали с нашими возможностями! - провозгласил он тост, многозначительно глядя на Сашку. - Поднимай свое пиво!
-А что пиво? Я и водочки за это выпью! - пьяно проговорил Санька. - Давай, наливай!
***
"Опять водка. Зачем я ее пью? Мне уже и так достаточно. Не.... Ну удивил я их действительно классно. Ишь, как Баранчик мой на меня смотрит. Во все глаза. Сидит на стульчике с ногами. В трусиках одних. Какой ты симпатяга, Вовочка! Теперь ты будешь на меня не так смотреть, как раньше. Теперь ты знаешь, какой у тебя сосед значительный. Еще одна стопка... Я же, кажется, только что выпил.... Эх, была не была! Фу, какая горькая она! А Налим.... Не ожидал он от меня такого. То-то же! И не надо на меня так смотреть. Вроде как оценивает. Я не такой! Во всяком случае, тебе я не отдамся! Не жди! А вот Вовочке моему - пожалуйста! Хоть сейчас! Миленочек ты мой! Положить бы тебе ручонку на животик и нежно так провести по нему. И нырнуть туда. Вниз. Там у тебя тоже все так же красиво. Я в этом уверен! Блин, не хочу я пить! Что он там говорит? За меня? За себя любимого я выпью! Нет, не буду! За Вовчика! Так... Тост. Ишь как вылупился на меня! Что он так смотрит? Я что, что-то не то сказал? Вроде как за него...Ничего лишнего.... А, плевать! Думай, что хочешь! Скорей бы этот ненавистный Налим ушел. Уж я бы тебя от себя не отпустил... Что-то хреново мне. Надо опять пойти в туалет. Да голову смочить. Я еще вас обоих перепью сегодня. Ой, куда это меня повело? А-а-а, блин! Кажется, не удержался! Ну иди же ко мне! Ну помоги подняться! Нет, ты, Налим, сиди! Ты мне не нужен. Ой ты моя радость! Идет. Руки. Его руки. Сильные... Крепкие... Что он там говорит? Неважно...О-о-о, меня еще и раздевают.... Какая трогательная забота. Какие у моего Вовчика мышцы бугристые. И тело... Плечи.... Нет, не удержусь, поцелую! Ой, как руку одернул. Ну и что.... Пускай этот Налим уходит! Я хочу остаться с тобой! С тобой, мой милый! Штаны с меня снимает. Ну дотронься до меня там.... Ну задержись на минуту. Ты почувствуешь, как я тебя хочу. Какая у тебя мощная грудь! Темные волосы... Стоп!!! Это же не Вовчик! Налим! Ну почему он разделся? Он же сидел в рубашке. Я не хочу тебя! Я Вовчика хочу! Что он там делает? Где Вовчик? Любимый, ты где? Этот скользкий Налим... Что это?..."
-Вовка, закрой дверь! Не ровен час, кто зайдет!
-Может, не надо, Коль?
-Ты же что не видишь, как он сам хочет.... Протри глаза! Получше он нас хотел узнать. Щас узнает!
-Я не смогу!
-А тебя-то он больше хочет. Слышал, как про тебя лопотал?
-Да я не голубой!
-А я, что - голубой? Смотри, как классно сосет!
"Вовочка, я тебя хочу! Тебя одного! А этот Налим - пихает в рот свой мерзкий... Ладно. Так уж и быть! Доставлю тебе приятное. Но только потом - мой Барашек! Уж тебе я сделаю все по первому классу. Какой у него большой! У Шурки моего меньше. И тоньше. Такого я еще не видел. Ишь, как старается! Да пожалуйста - я не против! Только быстрей кончай! Кончай и уходи. И позови сюда Барашка моего! Ой! Ой! Ой! Сколько много ее. Давай же, излей ее всю. Всю до капельки! А я помогу..."
-Уф! А он ничего - здорово это делает. Будешь? Он, по-моему, тебя хочет.
-Не знаю.... Как-то мне...
-Чего мычишь? Вон, стояк какой! Засовывай ему по самые помидоры! Не менжуйся, Вован! Говорили мне, что пидоры это делают лучше, чем бабы, да я не верил!
-А я и не думал, что он такой.
-Хм....Не думал. У него глаза блядские - я это сразу заметил. А потом все приглядывался к нему. Так и есть! Он свою пидерастическую сущность проявил все-таки. Ну что ты топчешься? Ладно, действуй! Я к себе за "Поляроидом" схожу.
-Зачем?
-А возникла у меня одна задумка. После расскажу. Иди к нему! Глянь, как блеет!
"Хороший мой, иди ко мне! Я все сделал. Я даже обслужил этого противного Налима, что бы быть с тобой! Что они там шепчутся? Налим ушел! Ну теперь нам ничего не помешает! Какой ты робкий! Ну давай же... Он у тебя такой красивый! И он мой! Наконец-то! После стольких недель ожидания ты со мной! Я тебя хочу поцеловать.... Ну почему ты уворачиваешься? Не хочешь? Дурашка, мои поцелуи самые жаркие, самые сладкие! Я их копил специально для тебя! Для тебя одного! Ну и ладно.... Не хочешь, как хочешь.... Не тебя, так твоего дружка поцелую. Как он у тебя трепещет! На тебе мой самый жаркий поцелуй! И еще! Упругий ты мой! Ну иди же ближе! Ближе! Черт, кто там еще в ногах? Зачем с меня все снимать? А, ладно, пусть там делают, что хотят. Главное - вот оно! Вовочка! Бо-о-ольно..."
-Ты что там, Колька? В два смычка?
-А что? Надо же попробовать хоть раз одного пидора в очко сделать!
-Ну ты даешь!
-Как он? Здорово?
-М-м-м...
"Сволочи! Не надо меня туда! Больно! Смазки нет! Ой! Я потерплю.... Я все вытерплю, лишь бы ты, мой хороший, был со мной! А там Налим.... Не толкай в меня так сильно - мне же больно! У-ух! Вошел.... Ох, как это приятно! И боли нет! А ведь так я еще не пробовал.... Это же здорово! Спереди и сзади. Ну давай же мой хороший, мой любимый! Излей в меня! Я тебя хочу! О-о-о..."
-Кончил?
-Да все равно как-то не так!
-Не скажи! В очко долбить его будешь?
-Ну уж нет! Мне этого хватило.
-Тогда вот что, Вован! Бери "Поляроид" и чикни его раза три.... В самых разных ракурсах. Чтобы его лицо было видно, а мое - нет.
-Зачем?
-Давай, фотай! После расскажу! А то я сейчас кончу уже!
"Володенька, милый! Куда же ты? А противный Налим все сзади возится. А мне и ни чуточки не больно... Вовчик мой хороший! Я тебя тоже хочу туда! Войди в меня там.... Да не так грубо, как это сделал Налим. Плавно... Нежно... Ты ведь так можешь, так умеешь! Ну давай же... Черт! Что за вспышка? Это Пожар меня предупреждает... Он.... Опять вспышка. Прости меня, мой друг, прости Пожар! Не удержался я! Не смог! Снова вспышка! Это ты меня коришь! Я знаю! Но ничего с собой поделать я не мог. Ведь я люблю его, как ты не понимаешь! Люблю! И ты, узнав об этом, простишь меня. Я знаю - ты настоящий друг! А сейчас прости, что я подвел тебя. Мне правда очень больно! Прости!"
-Глянь, у него слезы!
-Запоздалое раскаяние. Ничего-ничего! Завтра он помнить ничего не будет!
-Ну конечно!
-Серьезно. Только ты ему не напоминай утром.
-Да какое там утром... Я с ним спать в одной комнате не хочу. Я у тебя сегодня буду.
-Жить-то все равно придется.
-Ну на хер!
-А куда ты денешься?
-Лучше к вам третьим подселюсь. Пока ничего подходящего не найду.
-Ладно... Утро вечера мудренее. Айда спать! Ну и вечерок у нас сегодня вышел...
-А с ним что?
-Пусть валяется. Очухается - на кровать ляжет! Ему сейчас, поди, кайфово! Столько спермы в себя влил.
-Блин... Кто бы мог подумать.
-Я мог. Я сразу это предполагал. Все, хватит, пошли!
***
Побуждение было ужасным. Открыв глаза, Сашка обнаружил себя валяющимся почти что поперек смятой кровати, голым, в одной только майке. Голова страшно гудела, тело саднило. "Что это со мной? Неужели это я так вчера нажра...", - Саня не закончил мысль, как яркой вспышкой в мозгу отчетливо проступила вчерашняя гулянка со всеми эпизодами. Сердце нырнуло куда-то в пятки, дыхание замерло. Он перевел взгляд вниз и увидел себя полностью раздетым. "Ё-ё-ё...", - выдохнул Сашка и закрыл голову руками. "Нет! Нет! Этого не может быть. Это сон", - рванулась наружу спасительная мысль. Но тупая ноющая боль внизу вернула его к реальности. К сожалению, это был не сон. Более того, все то, что произошло минувшим вечером, отчетливо, до мельчайших подробностей встало перед Сашкой, все больше повергая того в пучину стыда и отчаяния. Он закрыл глаза и со стоном повернулся к стенке. Потом неожиданно резко сел и лихорадочно огляделся вокруг. Кровать Вовчика была пуста. И даже не помята. В комнате царил настоящий бардак, который бывает после двухдневных попоек - на столе остатки засохшей пищи, опрокинутые рюмки, пепельницы, полные окурков. На полу - раскиданные бутылки и смятый скомканный половик. Саня в изнеможении привалился к стенке. "Беспорядок - это ерунда. Его в два счета можно ликвидировать. Но вот как убрать, стереть из памяти все то, что было.... Как после всего этого смотреть в глаза людям. Вовчику.... И где он? Налиму... Проклятому Налиму.... Ведь он был первым. Если бы не он.... Да что там Налим? - Сашка с досады аж поперхнулся. - Я. Я всему виной. Моя гребаная натура. Зачем я пил? Ведь предупреждал меня Пожар, предупреждал..."
При упоминании имени Пожара Санька почувствовал, как краска стыда заливает лицо. "Как я ему в глаза сейчас смотреть буду? Что я ему скажу? Да ладно, Пожар.... Как мне с Вовчиком после этого общаться? Как ему в глаза смотреть? Был бы он один вчера.... А тут Налим... А-а-а...", - Сашка бросился лицом на кровать и переполнявший его страх, отчаяние и стыд бешеным потоком слез хлынул наружу...
Как ни странно, проплакавшись, Сашка немало успокоился и даже сумел взять себя в руки. Первым делом посмотрел на часы. Уже полтора часа, как он должен был быть на работе. "Так. Ну это ерунда - если Гоша-Гоша не хватится, то всем остальным мое отсутствие до лампочки. Самое главное сейчас - это привести в порядок себя и хоть чуть-чуть - комнату", - с этой мыслью Саня поднялся, ощущая неприятное жжение внизу и подойдя к двери, прислушался. Тихо. Наспех накинув спортивный костюм, части которого валялись по всей комнате, он, морщась от боли, выскользнул в коридор.
После душа стало немного легче, но голова по-прежнему гудела. И даже кофе - как обычно крепкий ничуть не помог. Наводя относительный порядок в комнате, Сашка напряженно размышлял, как ему себя вести дальше. С Вовчиком, а особенно, с Налимом, было встречаться боязно. И стыдно. Про Пожара он в тот момент и не думал - до его приезда из командировки было еще больше недели. В голову пришла спасательная мысль - попросить у Гоши-Гоши увольнение. И не только на сегодня - где-то на недельку. "Если даст!", - с сомнением подумал Сашка. Но тут же отогнал от себя эту мысль. Врать он умел бесподобно. И уж что там наплести начштабу - об этом можно было не задумываться. Вплоть до внезапного недуга, свалившего мать - в этом случае были все способы хороши. А потом, уехав на недельку к Юре, спокойно прожить у него, подождать пока все страсти улягутся. И не только в Сашке. И даже не столько в нем. Сколько в Вовчике и Налиме. "Сейчас они, поди, презирают меня. Матерятся. Еще бы! Но пройдет неделька - отношение переменится. Постепенно - от яростного негодования до сдержанного любопытства. А там и до желания недалеко", - Сашка вспомнил вчерашнее трио - Вовчик спереди, Налим сзади - и теплая волна начала подниматься от низа живота. "Какая я же все-таки блядь! - обругал он себя. - Тут шкуру свою спасать надо. Репутацию. А я вместо этого...". К тому же там и Пожар должен был прилететь из Иркутска. А с ним легче. Сашка твердо успел решить, что как только он прилетит, упасть ему в ноженьки и покаяться во всем. "Не съест же он меня. Не убьет. А как действовать дальше - обязательно подскажет", - с этими мыслями он и вышел из общаги, стараясь шагать ровно и непринужденно. Настроение его не сказать, чтобы пришло в норму, но было близко к этому. Санька направлялся в штаб.
***
В штабе надлежало подготовить пару незначительных бумажек на подпись к Гоше-Гоше и, пожалуй, все. И Санька решил, покончив со всеми делами, отнести начштабу эти бумажки и заодно выклянчить увольнение. В успехе дела он не сомневался - при случае можно даже было и слезу пустить. А Гоша-Гоша, недавно похоронивший мать, на такую удочку должен был клюнуть обязательно.
В штабе было сумеречно и прохладно. Открыв дверь, Сашка не задерживаясь, подошел к столу и с жаром принялся за работу. Желание уехать из части было настолько велико, что он, не замечая ничего вокруг, работал около часа. Тишину и спокойствие вдруг прервал стук сапогов в коридоре. Сашка за все время сидения в своей кондейке уже по этому стуку научился понимать, к кому направлялся посетитель. В этот раз посетителей было двое, и направлялись они к Сашкиному кабинету. В груди вдруг возник неприятный холодок, и ледяной обруч сдавил сердце. Дверь с шумом распахнулась. Санька выдохнул и медленно закрыл глаза...

На пороге стояли Налим с Вовчиком и выжидательно смотрели на него. Саня сделал над собой усилие и открыл глаза. Как бы он сейчас хотел очутиться где угодно, только не здесь. У Юры, у Пожара, в своей комнате - где угодно и с кем угодно. Но не здесь и не с этими людьми.
Казалось, внешне в них ничего не изменилось после вчерашнего. Такие же бравые и подтянутые оба. Только в глазах у Налима светятся искорки призрения. Да Вовчик смотрит непривычно серьезно для него. Сашка почувствовал, что заливается краской. Но, внутренне встрепенувшись, он взял себя в руки и даже улыбнулся.
-О! Какие люди! Чего ж стоите? Проходите, располагайтесь.
Саня мучился причиной их визита. "Зачем? Чтобы лишний раз высказать мне в глаза все, что они думают обо мне? Нет. Тут что-то не так". Опять неприятный холодок пополз по телу. Было предчувствие, что этот визит неспроста. "Но что им надо?", - Санька мучился в догадках. "Во всяком случае, буду вести себя с ними, как будто ничего не случилось. А Баранчик-то мой, Баранчик - ишь какой серьезный. Даже напряженный. Будто не он меня вчера, а я - его". Непрошеные гости меж тем прошли в комнатенку. Вовчик старательно закрыл за собой дверь. Налим сел на единственный в этой комнате стул около места Саньки. Вовчик же устроился на подоконнике - там, где любил сиживать Пожар. Оба хранили усиленное молчание.
-Вы что, с похорон что ли явились? - удивленно спросил Сашка, прекрасно понимая причину такого молчания.
Первым нарушил тишину Налим.
-Можно сказать и с похорон. Тебя хоронили, - он помолчал. - В наших глазах.
-Это как это? - Сашка все еще улыбался.
-Он что, ничего не помнит, что ли? - Налим обернулся к Баранову.
Тот неопределенно пожал плечами.
-А что я должен помнить? Что вчера было? - Сашка намеренно взял с ними такой тон разговора. И такую манеру. Внутренне он решил, что отказываться и отпираться не имеет смысла - они именно этого от него и ждут. Поэтому тактика им была выбрана правильной. В душе лишь гнездилось громадное недоумение - зачем они явились и что им от него нужно. Вот это и сбивало с толку.
-Да, - меж тем ответил Налим. - Как ты нас вчера умолял факнуть тебя.
-Таки-таки умолял?
-Что Саша? Пидарас ты оказывается у нас. Да? - жестко спросил Налим, смотря прямо в глаза Сане своими коричневыми глазами-пуговками.
-Всяко в жизни бывает... - неопределенно пожал плечами Сашка. - А вы что же пришли ко мне об этом мне напомнить? Я думал - вы настоящие мужики, и то что было - похороните между собой. - Саня намеренно пошел ва-банк.
-Так вот за этим мы к тебе и пришли, - ухмыльнулся Налим. - Похороним, если выполнишь одну нашу просьбу.
-Какую? - немедленно спросил Сашка, теперь уже отчетливо поняв, что им от него нужно и внутренне вздрогнув.
Налим положил тяжелые грубоватые руки на стол и ровно сказал:
-О переводе меня и Вовчика в Москву.
Сашка аж задохнулся от недоумения.
-Вас? В Москву? Да как же я смогу? Вы что, ребята, совсем сдурели?
-Ну вчера ты говорил, что перевод - это дело плевое для тебя. Только надо побольше и получше нас узнать. Хочешь сказать, не узнал? - Налим смотрел тяжелым немигающим взглядом.
Сашка еще надеялся, что это шутка.
-Ребята, я вам все врал про отца в Москве. Нет-нет... Он у меня и вправду адмирал, но служит на Дальнем Востоке. И в Москве не был не разу...
-Врешь! - безжалостно прервал его Налим. - Майору Головлеву кто перевод помог оформить? А? Мы уже узнали. Ты ж говорил вчера, что он тебя хорошо знал. Также тебя изучил?
Сашка внутренне застонал. Майор Головлев в свое время был действительно переведен в Подмосковье. Но дело в том, что Сашкиной заслуги в этом не было никакой. Просто этот перевод совпал по времени с приездом к нему в гости отца с Дальнего Востока. Отец появился тогда в части в адмиральской форме. А спустя некоторое время Головлеву пришел перевод. Грех было не воспользоваться таким приятным совпадением. Знать бы тогда, чем это может обернуться сегодня...
-Это совпадение, - слабо сказал Санька.
-Может и совпадение, - рассудительно ответил Налим. - Только тебе придется еще раз постараться, чтобы произошло второе такое совпадение. Сильно постараться, - он пристально посмотрел на Сашку, который даже как-то съежился в кресле.
-Коля, я не могу! Пойми. Это все была шутка. Шутка - как ты не понимаешь. И Головлев ко мне не имеет никакого отношения, - Сашка смотрел на Налима широко открытыми глазами, в которых застыло недоумение.
Налим презрительно сплюнул на пол, и обернувшись к неподвижно сидящему Баранову процедил сквозь зубы:
-Что-то меня начинает задрачивать разговор с этим пидаренком. Не хочет он по-хорошему. Что, может, по-плохому с ним?
Баранов второй раз неопределенно пожал плечами. А Сашка содрогнулся. "Бить будут", - пронеслась молнией в мозгу мысль. Но Налим был далек от этого.
-Вот что, - сказал он, поднимаясь со стула. - Сроку тебе - две недели. Через две недели, если не будет никаких подвижек, о тебе узнает вся часть. Понятно выражаюсь?
-Да вы что, ребята? Да не смогу я...Я пошутил.... Извините, - прижал руки к груди Сашка.
Налим второй раз сплюнул на пол, и ощерившись, произнес:
-Какие мы тебе ребята, педрила? Мы - мужики! И кстати.... Чтоб ты знал, что шутить мы не собираемся, посмотри-ка вот это, - и он неторопливо расстегнув китель, извлек из внутреннего кармана три ровных прямоугольника.
Сашке стало страшно. Ибо он догадался, что это за прямоугольники. Налим, меж тем взяв одну из фотографий, показал ее на безопасном расстоянии Сашке. Потом также вторую. На третью Сашке уже не хватило сил. Он закрыл глаза, так как в них все поплыло. На лбу выступили крупные капли пота. Сашка изо всех сил вцепился в поручни своего кресла, аж побелели пальцы. Только лишь бы не потерять сознание, которое вот-вот было готово покинуть его. Как сквозь вату до него доходили слова Налима - холодные и безжалостные, как удар палача.
-Через две недели эти фотки будут лежать на столе у командира и еще кое-кого.... От которых многое зависит в твоей судьбе...
***
...Сознание медленно возвращалось к нему. Когда Сашка почувствовал себя в состоянии двигаться, он, шатаясь, подошел к окну, рывком распахнул его и грудью навалился на подоконник. Стояла поздняя осень, и последние в этом году солнечные деньки еще радовали глаз. Тихая спокойная, даже умиротворенная погода. Но то, что творилось у Сашки в душе, было прямо противоположно этой осенней умиротворенности.
Мысли путались. Сердце билось напряженно и испугано, готовое вот-вот вырваться наружу. Впервые Саня не знал, что ему делать. Впервые в своей жизни он столкнулся с такой ситуацией. С грубым шантажом. И самое ужасное - он знал, что обречен. Что выполнить их требование он не мог. Как бы не старался. А это означало только одно - и от мысли о том, что последует через две недели, становилось нестерпимо плохо.
Плохо понимая, что он делает, Саня сгреб со стола подготовленные им документы и на ватных ногах вышел из кабинета.
***
-Разрешите, товарищ подполковник.
-Входи-входи. Составил запрос в сорок седьмую?
-Товарищ подполковник... Георгий Георгиевич...
-Что с тобой, Александр? На тебе лица нет! Что случилось? - Гоша-Гоша с неожиданной для его комплекции легкостью вскочил из-за стола, и обежав его, подошел к Сашке.
-Мне.... На неделю надо... Мать... - тяжело выдавил из себя Саня.
-Что с матерью? Говори связно. Да садись, ты, садись! - начштаба буквально силком усадил Саньку и налил ему тепловатой воды из неизменного графина.
-Авария.... В больнице она, - от кощунственной лжи Санька не испытывал не малейших угрызений совести. Будто говорил сейчас не он, а кто-то другой его языком. А сам Сашка находился сейчас далеко от происходящего.
-Ох ты, горе-то какое.... На вот, водички выпей, успокойся. Цела она?
Сашка, сглотнув, кивнул головой и поднял глаза на Гошу-Гошу:
-Товарищ подполковник...
-Понимаю-понимаю, Александр! Конечно иди. Я сейчас все оформлю. В какой она больнице? Давай, я тебе свою машину дам.
Сашка отрицательно покачал головой.
-Не надо, Георгий Георгиевич. Я сам! Понимаете.... Не надо...
-Я все понимаю, Саша! Иди-иди. И не о чем не беспокойся. Только обязательно мне позвони. Слышишь, обязательно! И не теряйся из вида. Недели тебе хватит?
-Хватит.
-И ты там смотри, если что, не стесняйся, обращайся ко мне напрямую. Если там какая-нибудь помощь нужна. Там, лекарства, деньги - не стесняйся! Иди прям ко мне. Понял?
Санька в третий раз кивнул и поднялся со стула. От этой лжи на душе было как-то неуютно. Хотелось как можно скорее покинуть стены этого кабинета и выйти на свежий воздух.
-Ты мне обязательно позвони. И не теряйся. Даже домой звони в любое время дня и ночи! - крикнул ему в спину Гоша-Гоша, когда он уже выходил из кабинета.
***
"Прочь! Прочь из этой ненавистной части. О-ой, что делать? Что делать? Мама моя родная, как же я влип!", - метались в беспорядке мысли, пока Сашка брел к электричке. На остановке он, не зная зачем это делает, купил бутылку водки. А сидя в полупустом вагоне, откупорил ее и совершенно без эмоций и содрогания припал к горлышку. В душе образовалась какая-то пустота. "Вот и конец моей службе. Вот и все!", - и это, как ни странно, он думал об этом отстраненно. Будто не он это, а кто-то другой. Выпитая водка теплом разлилась по телу. Сашка повторил. "А ведь мне некуда идти. Совершенно. Я ведь ничего и не умею толком. Пожар! Пожар! Как мне тебя не хватает сейчас!", - Санька почувствовал, как на глаза опять наворачиваются слезы. Усилием воли он подавил это и невидящим взглядом стал смотреть за окно.
"Ладно. Пройдет неделя. А что потом? Опять в часть? И жить там, как под дамокловым мечом, ожидая приближение краха? А, может, выкупить их у него? Предложить деньги. Хорошие деньги? Да где ж их взять? Как где. Продать компьютер. Если мало - центр продать. Одежду, наконец. Да что угодно, лишь бы они взяли деньги.... Хм. Они.... А ведь это все Налим. Он самый. Баранчик здесь не причем. Ему даже, мне показалось, весь этот разговор в штабе был в тягость. Но он привык во всем и везде слушаться этого Налима. И сейчас тоже. Вот, если бы я один на один с ним тогда... Кто знает, как бы оно сейчас и обернулось. И были бы мы с ним закадычными друзьями. И сор из избы он точно выметать бы не стал. Да, точно - если бы.... А если Налим не возьмет деньги? Пожар! Пожар! Быстрее приезжай! Уж ты найдешь выход. Ты сумеешь. И будет все, как было. Как и прежде!"
От выпитой водки на душе становилось спокойно и легко. И мысли о Пожаре немало этому способствовали. Сашка доверял ему во всем. И свято верил, что тот сумеет найти выход из положения. Ну а пока - впереди была еще целая неделя. Неожиданная неделя отдыха, свалившаяся на него, как снег на голову. "В гробу я видал такую неожиданность!", - усмехнулся Сашка и опять достал бутылку.
***
Вышел он совсем не там, где ему было нужно. "А, к Юре я всегда успею. Тем более, к Шурику, который мне по барабану. А сейчас я просто погуляю", - и он, сам того не ведая, направил свои стопы в парк. Туда, где каких-то два года назад его впервые увидел Юра. Увидел и привел к себе. И место это имело свое, вполне определенное название - плешка!
Пьяно покачиваясь, Сашка вошел в ворота парка, и пройдя немного, уселся на лавочку. В бутылке еще плескалось немного водки и он, достав ее, взболтнул. Этот жест привлек к нему внимание двух мужиков, сидевших неподалеку. Один из них пристально посмотрев на Сашку, поднялся, и улыбаясь подошел поближе.
-Привет, Снежок! Не узнаешь?
Саша поднял на того мутные глаза, и пытаясь сфокусировать взгляд, посмотрел.
-О-о-о, да ты совсем пьяный! По какому поводу гульба?
-По поводу отпуска, - не моргнув, соврал Сашка. - Что-то я тебя не припоминаю.
-Ну не мудрено. Мы с тобой у Юры виделись. Никита меня зовут. Забыл?
-Не-а.... Будешь водку, Никита?
-Да вообщем-то буду. Только не здесь. Пошли ко мне домой, я неподалеку живу.
-Пошли, - Сашка легко согласился.
Познакомился с дружком Никиты. По пути Сашка купил еще водки. Кажется, закуски. Сознание потихоньку затуманивалось.
-А что ты не со своим Шуриком? - спрашивал меж тем Никита.
-А пошел он на хер! - в сердцах выругался Санька. - Надоел он мне.
-Правильно! - горячо поддержал его Никитин приятель. - Я давно говорил Юре - гнать его надо оттуда поганой метлой. Его, да еще Ячменева этого!
-Не-е-е, Ячменя ты не тронь! За него Пожар любому глотку перегрызет. А этого гнать надо - я согласен! - икнув, ответил Сашка.
***
Что было дальше, Санька помнил какими-то урывками. Квартира. Застолье. Опять водка. Какие-то люди. Непродолжительный сон - нет, не сон, а так, тяжелое забытье. Потом опять водка. Пьяные слюнявые поцелуи с кем-то на кухне. Потом постель. Кто-то большой и сильный упорно домогается его. Сашка не сопротивляется. Слишком уж устал он сегодня. Все происходит как будто во сне. Вот ему сгибают ноги в коленях... Сашка закрывает глаза и готовится терпеть. Терпеть и представлять, что рядом не этот незнакомец, которого он не знает, а тот, кто несмотря на все, до сих пор тревожит его сердце. Которого он хочет...
***
-Ба-а-а, ты что же пьяный такой? - Юра, открывший двери, удивленно развел руками.
-Нет, ну вы посмотрите на него! Шурка! Иди сюда. Снежок, да что с тобой? Сегодня же будний день. Из части что ли выгнали?
-Почти что... - пробормотал Сашка, пытаясь разуться в коридоре.
Тяжелое утреннее состояние было недолгим. Сашка даже не успел себя помучить и заняться самоистязанием. Никита быстро притащил водку, и события минувших дней опять утонули в пьяном угаре. Наконец, собравшись, он решил идти к Юре.
-Ого! Вот это да! В отпуск, что ли пошел? - в коридор протиснулся Шурик.
-Пошел на....
-Не лезь к нему, Шурка. Проспится - сам все расскажет. Отведи его пока в спальню. Время-то еще обеда нет! Где ж он так успел? - Юра в раздумье почесал затылок.
-Не прикасайся ко мне! Ты мне ненавистен! Меня только Вовчик трогать может. Понял? - Санька, пьяно шатаясь, стоял в коридоре в одном ботинке.
-Это что еще за Вовчик такой? - нахмурился Юра, а Шурик, хмыкнув, ушел в комнату.
-Мой, - последовал короткий ответ.
-Где пил-то? И с кем? - спросил Юра, помогая Сашке стянуть куртку.
-С Никитой. И еще с кем-то...
-Тьфу ты, блин, нашел себе компанию! Ладно... - неопределенно протянул Юра, помогая Саньке пройти в спальню.
В спальне у окна стоял Ячмень и строго смотрел на Сашку.
-Ячменек, помоги ему уложиться здесь. Я побегу на улицу по делам, - проговорил Юра, передавая Сашку с рук на руки.
Ячмень, не слова не говоря, принял Саньку и бережно усадил его на кровать. Также молча принялся расстегивать у него на груди рубашку. Сашка не сопротивлялся - весь пьяный запал куда-то пропал. А произошедшее в части снова встало перед его глазами ясно и отчетливо. Как и то обстоятельство, что служить в этой части он уже не будет. И что возвращаться туда все равно придется. И, наконец, Пожара все нет и нет. Жалость к себе - такому одинокому и несчастному накатила такой бурной волной, что Сашка, совершенно внезапно для себя и ничего не стесняясь, уткнулся в грудь Ячменю и зарыдал...
Пришел в себя он уже на кровати. Рядом сидел Ячмень и держал его за руку, смотря по-прежнему строго и отчужденно. Впрочем, нет. Отчужденности у него во взгляде не было. И Сашка, глотая последние слезы, неожиданно начал все рассказывать. Все без утайки. Рассказывая, он по новой переживал про себя все события прошедших дней, все то, что привело его сюда в конце концов. Ячмень слушал молча, не перебивая. Да и не нужно было это Сашке. Как и кого-либо комментария с его стороны. Он просто рассказал. И на душе полегчало. Стало хорошо и спокойно.
-Спи, - сказал меж тем просто Ячмень. - Отдыхай здесь. Будешь жить у нас, и ждать Пожара. Только он может исправить ситуацию.
-Но он прилететь должен только в следующий четверг, а мне в понедельник выходить уже надо.
-Одним днем раньше, одним позже - не велика беда. А сейчас спи! - и Ячмень, плотно прикрыв дверь, вышел из комнаты.
***
На следующий день Сашка был тих и пришиблен. Утром он, отозвав Ячменя, спросил у него, знают ли обо всем этом Юра с Шуриком. Ячмень отрицательно покачал головой. Сашка успокоено вздохнул. Шурик весь день пытался узнать у Сани причину его неожиданного отпуска, но Сашка либо отмалчивался, либо односложно отшучивался. Юре он сказал, что поживет пока у него до приезда Пожара.
-Живи, мне-то что? - пожал плечами Юра.
День прошел тяжело. И не потому, что Сашку мучило похмелье. Хотя и это тоже. Было тяжело ощущать себя запертым в этих четырех стенах вот так - в этом вынужденном бездействии. Он не находил себе места. Телевизор быстро опротивел, ни одну из книжек он не смог прочитать и пяти минут. Немного отвлекло приготовление обеда, но и то....К вечеру Санька страдал натурально. Ему хотелось на воздух. На улицу. Но даже сам себе он не сознавался, что тянет его в часть. Туда - к Вовчику. И пусть он его презирает, пусть Налим не считает его за человека. Но ему хотелось увидеть это милое лицо, которое очень часто он видел во сне. Увидеть несмотря ни на что...
-Ты куда это?
-Пойду прогуляюсь. Тошно мне чего-то в четырех стенах.
-Оно и понятно - похмелье выходит, - ухмыльнулся Юра. - Тебя ждать сегодня? - спросил он уже в коридоре, закрывая за Сашкой дверь и заговорщицки подмигнув ему.
-Не знаю... - честно ответил Сашка.
-Ну-ну... Удачи! А мужика ты хорошего себе выбрал! - напоследок сказал Юра, закрывая дверь.
"Какого мужика? О чем это он?", - равнодушно подумал Сашка, бесцельно бредя вперед.
Сам того не замечая, он подошел к расписанию электричек и поднял голову, изучая его. С каким-то отстраненным сожалением отметил про себя, что последняя электричка в часть уже ушла. Опять пошел вперед. Ноги сами по себе его привели к тому самому дому, из которого он вышел только вчера. Сашка остановился, приводя мысли в порядок.
"Так. Опять к Никите. А что еще делать? Не могу я у Юры сидеть. В часть мне нельзя. А больше никого в городе я не знаю. Водку я пить не буду. Так, просто посижу у него и пешком вернусь обратно", - с этими мыслями Сашка толкнул дверь подъезда.
***
Но посидеть чуть-чуть у Никиты у него не получилось. Сам хозяин, немало удивленный таким визитом, принял его, тем не менее, с распростертыми объятьями и тут же принялся названивать по телефону.
Как Сашка не упирался, водку все же ему пить пришлось. Опять в той же компании, разбавленной, правда, новыми членами. Забытое прежде легкое состояние, вновь вернулось к нему. Опять весь этот груз проблем отдалился и стал каким-то призрачным и не реальным. Опять, как и прежде, стало легко и спокойно. И даже совместная с каким-то кентом постель в эту ночь не воспринималась уже так отстраненно и равнодушно...
***
Неделя пролетела быстро и спокойно. Спокойно для Сашки, так как всю эту неделю он был трезвым от силы дня два. Все остальное это время он проводил то в компании Никиты, то его друзей, которые оказались довольно приятными людьми. Всегда неизменное пиво. Временами водка. Все это позволяло поддерживать внутри себя какое-то непонятно-пофиговое настроение, когда о предстоящих проблемах хотелось и моглось не думать. Сашка, с помощью своих новых знакомых, быстро научился снимать молодых парнишек (как они шутили - "мы разбудили в тебе это"). Сексуальные контакты были быстры и скоротечны, ничем особым не запоминаясь. Дома, у Юры Саня бывал от случая к случаю - иногда переночевать, иногда - пообедать. Юра в эти приходы смотрел всегда на него с каким-то непонятным восхищением, постоянно качая головой. Шурику - тому было все по барабану. Ячмень же неизменно выглядел строгим и презрительным, ничем, впрочем, не выдавая свое отношение к происходящему.
За эту неполную неделю Сашка здорово изменился. Осунулся, как-то разом повзрослел. Изменилась и интонация его голоса. "С кем уж поведешься...", - усмехнулся тогда Юра. В душе же Сашка остался прежним. А, может, и нет.... Кто ж знает...
Во всяком случае, тот день, когда ему надо было явиться в часть, он благополучно пропьянствовал в компании своих новых знакомых, совершенно забыв о Гоше-Гоше. О данном им ему обещании. О службе, о Налиме. Обо всех, кроме Вовчика. При воспоминании о нем с тоской сжималось сердце, но в отравленном хмелем мозгу еще жила надежда на спасение. На возобновление такой спокойной и привычной жизни. Как прежде... Усилиями Пожара....А пока.... Пока можно было смело предаваться утехам в компании малознакомых пацанов, которые оказывали ему всяческие знаки внимания. Особенно, вон тот, рыженький....
***
-Он у тебя? - Пожар, как вихрь, ворвался в квартиру, и бросив сумку, не разуваясь, пробежал в комнату.
-Сашка что ли? - Юра зевая, протирал кулаком глаза. - Уже второй день не показывается. А что случилось-то?
-Натворил он делов-то.... На волоске, почитай держится. Где он может быть?
-Как где? В части у себя, - Юра окончательно проснулся и с тревогой смотрел на Пожара. - Слушай, он мне сказал, что на неделю взял увольнительную отдохнуть. Но неделя-то прошла, вот он и сказал, что в часть пора, мол, возвращаться.
-Конечно, - раздраженно сказал Пожар. - Ты мне скажи, у кого он здесь может находиться. В части его тоже не было. И вообще, что с ним происходит?
-В разнос он пошел, твой Сашка. Всю эту неделю он у меня дома-то от силы раза два был. Все остальное время на блядках, да на пьянках пропадает. С Никитой снюхался. У него и искать Сашку надо, - хмуро говорил Юра, глядя в пол.
-У Никиты? - присвистнул Пожар. - Во занесло его. Поехали к Никите. Давай быстрей собирайся, Юра. Если я его сегодня в часть не притащу - пьяного или трезвого - не видать ему больше службы в армии, как своих ушей!
-Ого! Что, так серьезно? - спросил тревожно Юра, лихорадочно натягивая одежду.
-Куда как, - ответил Пожар, переминая с ноги на ногу.
-Ячменек! - вдруг крикнул он неожиданно. - Поехали с нами.
-Я уже одетый, - неслышной тенью на пороге комнаты возник Ячмень, смотря лучистыми глазами на Пожара. - Я тебя ждал.
-Я тебя тоже, Сашка! - ответил ему Пожар. - Но сейчас нам надо Снежка найти. А после поговорим. Скоро ты там, Юра? - крикнул он в комнату.
-Уже-уже, - проговорил Юра, выходя из комнаты, натягивая на ходу куртку.
-Ну, двинули! - и Пожар первым выбежал из квартиры.
***
-Понимаешь, в чем дело, - рассказывал он Юре и Ячменю, пока они ехали в трамвае. - Снежок пришел к нашему начальнику штаба, как тот говорит, белее мела, и попросил увольнительную на неделю. Сказал, что у него мать в автомобильную аварию попала и в тяжелом состоянии лежит в больнице. Ну начальник его без базара отпустил. Наказал только звонить, что там к чему, не нужна ли помощь и все такое. Проходит неделя - от Сашки ни слуху, ни духу. Ни звонит, не появляется. А наш начштаба без Сашки, как без рук. Тот у него всю канцелярию вел. Вот он и забеспокоился. Неделя прошла - Снежка нету. На следующий день опять тоже самое. Ну начштаба из самых благородных побуждений берет на восьмой день машину и едет к Санькиной матери домой. Как он мне сказал, посмотреть, что к чему, узнать, как дела. Даже деньги ему вез, мало ли что, говорит. И прикиньте! Приезжает, а калитку ему открывает Санькина мать - живая и здоровая. Капусту солит. Он такой, где, мол, Сашка. А она - а пес его знает. Он - а вы кто ему? Та удивленно - мать.... С нашим Гошей-Гошей чуть апоплексический удар прямо там не произошел. Уж, а когда он приехал.... У-у-у, - протянул Пожар и продолжил. - Короче, если Санька сегодня явится ему на покаяние, еще не все потеряно. В штабе он, конечно, служить не будет. Но в части останется. А если нет - то я не знаю, что там дальше будет....
Юра слушал рассказ Пожара, раскрывши рот. Ячмень же, чуть прищурившись, рассматривал носки своих ботинок.
У Никиты Сашки не оказалось. Тот, несколько удивленный такой представительной делегацией, тем не менее, помочь ничем не мог. Объяснил, что Сашка у него не появлялся уже второй день. И что он снюхался с какими-то малолетками. И с ними, мол, и гуляет. А где - неизвестно. Но Пожару этого было мало. С присущим ему упорством и настойчивостью, он насел на Никиту, и наконец вытянул из него адреса всех его приятелей, с которыми мог общаться Сашка.
На улице он протянул один адрес Юре.
-Давай, Юр, съезди по этому адресу, узнай, там ли он. А мы с Ячменьком по-другому поедем. И потом еще в пару мест заглянем. Где он может быть по моим подозрениям.
Юра быстро кивнул головой, и они расстались.
***
-Давай присядем, Пожар! - предложил неожиданно Ячмень.
-Ты что, устал что ли? - удивленно воззрился на него Пожар.
-Нет. Просто после того, что я тебе расскажу, ты, скорее всего, в часть рванешь. А я уже сам по адресам этим поеду.
-Что ты такое городишь? - с подозрением спросил Пожар, но, тем не менее, послушно уселся на оказавшуюся рядом скамейку.
Ячмень подробно, без утайки рассказал ему все то, что поведал тогда Сашка, вернувшись от Никиты в пьяном виде. Рассказывал он ровно, совершенно без эмоций, не путая ни имен, ни фамилий. По мере рассказа у Пожара вытягивалось лицо, на скулах заиграли белые желваки.
-Ну сволочи! - буквально задохнулся он, как только Ячмень закончил свой рассказ. - Я в часть! - сказал он, вскакивая со скамейки. - Ты, Санек, давай по адресам дуй, а я сейчас покажу этим уродам. Они у меня Москву с закрытыми глазами искать будут. Ух-х, скоты!!! - в сердцах добавил он. - Ладно, все! Если найдете его - не отпускайте ни на шаг. Я завтра утром буду.
И он, посмотрев на часы, почти бегом устремился к остановке. Ячмень проводил его долгим задумчивым взглядом и мельком взглянув на накарябанный на бумажке адрес, поглубже засунул в карманы куртки озябшие руки и торопясь пошел в противоположную сторону.
***
Поиски по адресам не дали никаких результатов. Ячмень пришел только под вечер - усталый, продрогший и на немой вопрос Юры отрицательно покачал головой.
-И у меня также! - Юра в сердцах отбросил газету. - Никто его не видел, никто о нем ничего не знает.
Ячмень опустился на диван и сжал голову руками.
-А этот где? - он кивнул в сторону спальни, имея в виду Шурика.
-С бабьем своим тешится где-то на улице, - раздраженно ответил Юра. - Нет, гнать его надо. Гнать! - твердо повторил он.
Поздно вечером, когда уже все разлеглись по кроватям, раздался звонок в дверь. Юра с Ячменем подорвались практически одновременно, и даже чуть было не столкнулись лбами в коридоре. Но это был всего лишь Бушлат, вернувшийся после своей очередной недельной отлучки.
-А чей-то вы меня аж вдвоем встречаете? - удивленно протянул он, глядя попеременно то на Юру, то на Ячменя.
Последний, по привычке ничего не ответив, ушел в комнату. А Юра, оглядев Бушлата с ног до головы, устало ответил:
-Да Снежка мы потеряли. Думали, он.
-Ха! Потеряли вы его! - Бушлат весело рассмеялся. - Два часа назад его видел. Пьяный в хлам. И сюда идти совсем не хочет. Я его звал, а он говорит, что его никто не ждет здесь. Чего-то там лопотал про то, что жизнь потеряла смысл - вообщем обычная шняга.
-Где? Где ты его видел? - в коридор опять влетел Ячмень.
-Че ты так за него? - удивился Бушлат. - Говорю же на блатхате одной. Недалеко от вокзала. Рядом с Нахаловкой.
-Что там за компания? - спросил Юра. - Я кого-нибудь знаю?
Бушлат отрицательно покачал головой.
-Не-е-е, навряд ли. Толпа лошинная. Малолетки, наркота, бомжары какие-то...
-Да как же он там очутился? - развел руками Юра, а Ячмень теребил того за рукав:
-Поехали сейчас туда. Его надо забрать. Поехали! Адрес знаешь?
Бушлат, не обращая ни малейшего внимания на суету возле него, спокойно прошел в комнату, скидывая по пути с себя грязную одежду.
-Чего вы так вокруг него пляшите, не пойму. В загуле Снег, неужели не понятно. Жрать захочет, али деньги кончатся - сюда притащится. Чего волноваться-то? А адрес я только по памяти знаю.
-Поехали! - Ячмень не просил, он властно приказывал. Глаза его светились ярким огнем. Но Бушлат был не из таких людей. Сашкины молнии не произвели на него никакого действия. Раздевшись до трусов, он сгреб в кучу свою одежду и направился в ванную, по пути бросив Сашке:
-Завтра. Сегодня Снег в таком состоянии, что его разве что подъемным краном утащить можно. Никуда он до утра не денется. А я устал сегодня...
-Может, и правда, Санечка? - Юра прижал руки к груди. - Завтра рано утром втроем и поедем. А?
Ячмень, ни слова ни говоря, круто повернулся и скрылся в комнате...
***
Утром, когда они втроем уже выходили из квартиры, на них буквально налетел Пожар, спешащий с первой электрички.
-Вы куда?
-За Санькой. Нашел его вчера Бушлат. В кильдыме каком-то валяется, - ответил за всех Юра, пристально глядя на Пожара. - А с тобой что?
На скуле у Пожара сияла ярко-красная ссадина.
-Плевать! Снарядом оцарапало, - махнул рукой Пожар. - Расскажи, как его нашел, - обратился он к Бушлату.
Тот, слово в слово повторил вчерашний рассказ, ничего нового не добавив.
Пока они ехали, Ячмень пристально разглядывал Пожара, молча, по своему обыкновению. Путешествие было недолгим. Бушлат легко ориентировался в хитросплетениях Нахаловских улиц, уверенно поворачивая в нужных местах.
Облупившийся трехэтажный дом, казалось, был необитаем, глядя на мир черными провалами окон.
-Вам сюда, - махнул рукой Бушлат. Второй этаж, квартира направо. Вы идите, а я здесь постою. Мне туда не больно охота показываться, - и он остался стоять за углом.
На продолжительный стук Пожара дверь, как бы с неохотой распахнулась. На пороге стоял совсем молодой пацан лет восемнадцати с пустыми глазами и огненно-рыжей шевелюрой.
-Сашка у вас? - рявкнул Пожар тому в лицо.
Реакции никакой не последовало, и оттолкнув наркомана плечом, Пожар быстро влетел в квартиру. Юра с Ячменем остались стоять на пороге.
-Вы кто? - наконец-то нашелся пацан.
-Парень, Саня его зовут, у вас здесь? - спросил того Юра.
-Какой Саня? Прапор что ли? - наркоман говорил с видимым усилием.
-Да! - Юра кивнул головой.
-Который вчера здесь спиртом всех поил? - продолжал ленивые расспросы пацан.
-Он здесь? - не выдержал Ячмень.
Парень перевел мутный взгляд на него.
-Не знаю... - и пожав плечами, пошел на кухню.
Из комнаты вышел Пожар. По его опущенным плечам было понятно, что они опоздали.
-Говорят, ночью ушел. Вечером был, а утром уже не было. Куда - неизвестно, - устало ответил он на вопросительные взгляды друзей.
-В милицию надо заявлять, - хмуро сказал Юра, когда они цепочкой вышли из притона.
-Нет, не в милицию. Надо по трезвякам, да по отделениям его поискать, - как бы сам с собой раздумчиво протянул Пожар. И, неожиданно встрепенувшись, обернулся к Юре.
-А удостоверение личности у него с собой было, не знаешь?
-Нет, - твердо ответил Юра. - Удостоверение он при мне выложил. В книжном шкафу лежит.
-Ну, значит, по ментурам он и три дня может находиться. Ячменек, двинули в трезвяк! Вы с Бушлатом идите домой, а мы еще прошвырнемся. Сердцем чую, он неподалеку! - порывисто сказал Пожар, обращаясь к Юре.
***
Как только Юра с Бушлатом скрылись за углом, Ячмень поднял вопросительный взгляд на Пожара. Тот осторожно потрогал ссадину на скуле, и поморщившись, полез во внутренний карман куртки.
-Вот, - он протянул Сане три моментальные фотографии.
Ячмень лишь мельком взглянул на них и опять вопросительно на Пожара.
-Само собой, - ответил Пожар.
Они понимали друг друга с полуслова. Ячмень тщательно, на много мелких кусочков разорвал фотографии, и опустившись на корточки, поднес к ним спичку. Веселое пламя, вспыхнув, вмиг поглотило то, что так круто изменило жизнь Саньки. Александра Анатольевича Снегова.
-С ними что? - односложно спросил Ячмень.
-Кандышев, которого он Налимом обзывал, в больнице, наверное. А этот - Баранов - трусливее оказался. Так, синяками и ушибами отделался, - как бы нехотя сказал Пожар. - Важно, Ячменек, другое. Снежку начштаба индульгенцию выписал, прощение то бишь. Осталось только его найти.
-Рассказал? - спокойно спросил Ячмень.
-Ну так, самую малость, в общих чертах. Опуская ненужные подробности и их фамилии. Так даже лучше. Вот Сашку вернем когда, посмотрю я на их рожи. Они же полагали, что все! И если б я опоздал, про Сашку в части бы многие узнали. А теперь этим кренделям придется уйти. Когда здоровье поправят, - хохотнул Пожар. - Короче, ладно! Пошли в трезвяк!
И они быстрым шагом пошли вниз по улице на поиски Саньки. Сашки-Снежка, вся жизнь которого пошла кувырком из-за каких-то трех маленьких прямоугольников, сгоревших в огне. Из-за людской подлости и непримиримости. Из-за вопиющей несправедливости, из-за тупости и чувства стадности.... Ах, если б Санька знал тогда, как все обернется! Если бы он знал, с каким упорством его ищут Пожар с Ячменем! Если бы он знал, что бояться больше нечего. Скрываться не надо! Если бы он знал...
***
Сознание рывками периодически выталкивало его наружу. В эту пьяную круговерть, которая так внезапно захватила его и унесла в свою пучину. Знакомые и одновременно, так далекие от него лица плавали в сизом дыму. Вот рыженький пацан со шприцом в руках, который пьяно лапал его накануне. Еще один - с похотливым блеском в глазах. Крашенная девица с яркими вызывающе накрашенными губами. Совсем молоденький мальчишка, глотающий это пойло с поразительным равнодушием. Он тоже был с Сашкой этой ночью. Да сколько их всего уже побывало в нем - Сашка и не считал. Принимал их в себя с тупым безразличием. Отдавался молча, с какой-то непонятной отрешенностью, по малейшему кивку головы...
Саня, в распахнутой на груди рубашке, в наспех застегнутых брюках, сидел за столом и глотал спирт. Он в него лился как вода - настолько его организм уже привык к таким вливаниям. Глотал его молча, не закусывая и не содрогаясь. Он уже потерял счет времени, Он не знал, зачем и сколько он уже здесь. Он не помнил, как здесь очутился, с кем и когда. Он не хотел этого знать и помнить. Ведь любое напряжение мысли неизбежно заканчивалось болезненным воспоминанием о той жизни. Той, которая осталась за порогом этой квартиры. Жизни, в которой был Пожар, Юра, Ячмень. И конечно Володя Баранов. Его, как Сашка не старался, забыть не мог. И при воспоминании о нем наворачивались слезы. Пьяные слезы. Слезы тоски и сожаления. Но сделать над собой усилие и вырваться из этого дурмана Саня уже не мог. Не мог, да и не хотел.
Ночь. Сашка открыл глаза. Он лежал на прожженном диване, укрытый какой-то дерюгой. Рядом, открыв рот, спал рыжий наркоман, положив руку Саньке на бедро.
"Сколько сейчас времени? А вообще, какая разница? Зачем я проснулся? Спать, спать, что бы не видеть всего этого. Уснуть. Снова уснуть.... Зачем я здесь? Что я здесь делаю? Какое сегодня число? А ведь мне все равно.... Возврата к прошлому уже не будет. Никогда.... Боже, что я творю? Зачем я это делаю? Меня же, наверное, ищут. Ищут? Да кому ты нужен? О тебе все забыли. Все уже списали со счетов. Нет. Нет! Пожар.... Он уже приехал. Или нет.... Зачем тебе это? Забудь о Пожаре. Забудь о Вовчике. Забудь! Так легче. Знать, что я для них недоступен. И пусть они там говорят обо мне что хотят, пусть эти злосчастные фотографии лежат уже на столе командира. Пусть! Мне все равно. Туда я уже не вернусь. Ну зачем я бережу себе душу. Прочь! Пожар, Вовчик - все прочь! Я не хочу думать о вас. Слышите, вы! Не желаю! Рыжий, я тебя хочу. Забыть все это. Спирт.... Может, он остался? Сейчас выпью и усну. Сладко усну..."
Сашка со стоном приподнялся, неуклюже перелез через распластавшегося на диване пацана, и вышел в соседнюю комнату. Там горел свет. На кровати обнявшись, спала какая-то парочка. А за столом, уронив косматую голову в лужу сивухи, дрых какой-то незнакомец. Рядом с ним стояла наполовину пустая бутылка. Сашка налил полный стакан, и выдохнув, выпил его до дна. Пойло послушно провалилась в уже привыкший желудок. Мысли о закуске даже и не возникло. Саша постоял, к чему-то прислушиваясь, потом опустился на стул.
"Как я к ней привык уже. Она в меня льется уже как вода - легко и приятно. Да, приятно! Потому что не дает мне вспоминать о них.... О тех.... Ха, славно мы с рыжим прошлую ночку провели. И с тем малолеткой тоже. Эх, что они вытворяли! Как они меня вдвоем-то.... Куда тут Баранову с Налимом! Баранову.... Вовчику..... Ведь я тебя любил когда-то. Я тебя и сейчас люблю. А вообще, пошел ты на хер! Мне и с рыженьким моим хорошо. Как он меня ласково прапоренком обзывает. Прапоренок.... Прапорщик Российской Армии Александр Анатольевич Снегов! Я! Выйти из строя! Есть! Чеканный шаг. Военная выправка. Это все я. Но в прошлом. Там, где остались все вы, которых я люблю. Люблю? Что ты городишь? Прочь! Прочь воспоминания!"
Сашка пьяно потянулся к бутылке и вылил в стакан остатки спирта. Не раздумывая, выпил.
"А-а-а-а.... Ну когда я вас забуду? Тебя, Баранов, в первую очередь Тебя, Пожар! Я уже не с вами. И не буду никогда. Уходите....Уходите от меня. Кто здесь? Т-ты.... Баранов, ты здесь? Это ты стоишь у меня перед глазами.... Уходи, я сегодня никакой. Черт, померещилось что ли? Ну не стой! Не трави душу! Пожар! А ты как здесь? Глюки.... Ха, это всего лишь глюки.... Или нет.... Вовчик, куда ты меня зовешь? Я совсем не хочу с тобой идти. Куда? Мой мир здесь! Здесь все, чем я живу! Зачем мне туда? Там меня не понимают. Там я не свой. Зачем ты меня туда зовешь? Думаешь, хватит? Я сам так думаю. Но что делать.... Ведь я их люблю. Люблю их всех, черт возьми! И тебя тоже. И забыть не могу. Не могу! Не могу! Зовешь? Пошли! Пошли туда. Все, хватит! Я пойду за тобой. К ним.... К тебе.... С тобой...."
***
...Первый в этом году снег пушистым ковром покрывал землю. Мягкие белые снежинки, медленно кружа, опускались вниз. На черную холодную землю. На голые ветки осиротевших деревьев. На Сашку...
Причудливым узором они покрывали распахнутую на груди куртку. Тихо ложась, опускались на белую рубашку, невидимые там.
А снег все падал.... На бледно лицо с плотно закрытыми глазами. На высокий красивый лоб....
Падал. И не таял....
(Все события реальные.
Все имена, за исключением одного, подлинные).
08.11.2001г.

Автор: Погонщик

Изображение


10 окт 2016, 12:51
Профиль Cпасибо сказано
[Куратор]
[Куратор]
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 05 июн 2016, 19:52
Сообщений: 2832
Откуда: Петербург
Пол: Мужской
Сообщение Re: Снежная симфония (гей рассказ, Погонщик)
Redaktor Gay Life писал(а):
Володя, я не приставал к тебе ночью, как последняя пидовка? Бред! Хотя....


Да ладно, сказал бы что с бабой перепутал, пьяный был :-D

_________________
Жизнь - игра. Так сыграем красиво!


10 окт 2016, 17:37
Профиль Cпасибо сказаноWWW
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 

Часовой пояс: UTC + 3 часа



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
Рейтинг@Mail.ru cron
ГЕЙ ФОРУМ GAY LIFE - общение и знакомства на гей сайте, гей новости, гей библиотека, рассказы и истории геев, гейлайф, гей видео фильмы клипы и развлечения